Что я ожидал увидеть? Пожалуй… я не смогу ответить на этот вопрос. Из тех обрывочных сведений, которые моя память сохранила из рассказов «друга», выходило, что к началу истории принцессы должны быть мертвы. Однако… обнаружение живой Твайлайт Спаркл, перехват сходящей с ума Рэйнбоу Дэш, спасение Флаттершай, как и факт выживания Рарити после телепортации подруги — пусть это и была лишь отсрочка, если бы ей не оказали помощь — заставили с изрядной долей сомнения относиться к неподтверждённой информации. Да и обращение Пинки Пай, направленное именно в мой адрес, уже было жирным намёком на то, что мир не статичен и вовсе не собирается упрямо идти по когда-то проложенным рельсам.
Сперва показался длинный витой рог, заострённый на кончике, всё ещё белый и будто бы даже блестящий, затем — голова… частично полысевшая, с пустыми глазницами и будто бы сплавившейся с черепом короной. Впрочем, мне всё равно было необходимо сделать архивную запись и оценить повреждения объекта перед его подготовкой к транспортировке.
«Тело лишилось волосяного покрова на одну треть; крылья облысели на три пятых; металлические элементы нагрудника, накопытников, и пояс сплавились с плотью», — механически отмечаю факты, одновременно с тем отдавая команды на подготовку контейнера для перевозки тела.
Лаенхарт мог бы во многом меня обвинить, в том числе и в непочтительном отношении к останкам диарха, и был бы прав: пусть я и собираюсь провести торжественное захоронение принцессы Луны, но сделано это будет не в Кантерлоте — по причине наличия розового тумана, из-за которого далеко не все смогут прибыть, чтобы проститься с аликорницей, а также не раньше, чем маги попытаются призвать её душу. И в данном случае мне придётся настаивать на своём решении, так как тёмно-синяя аликорница, если удастся вернуть её в мир живых, станет слишком большим подспорьем, которое нельзя игнорировать.
«А ещё она будет угрозой для моего влияния, если и вовсе не для существования. Однако же этот риск оправдан, да и у меня будет время, чтобы повлиять на кобылу — как через её приближённых, так и при помощи воздействий звуком, запахом, светом…» — течение моих мыслей на секунду прервалось, так как оба шестилапа зафиксировали магическое проявление, заключающееся в отблесках тусклых искр вокруг серебряной короны…
…
Концентрация магии в заклинательном покое поднялась до такого уровня, когда её почти удавалось увидеть невооружённым глазом, а напряжение оказалось столь велико, что в ушах звучал лишь ровный монотонный гул. Твайлайт Спаркл, на спину которой легла основная тяжесть проведения ритуала, стиснув зубы и вперив взгляд в тюремный кристалл, медленно вдыхая и выдыхая, готовилась обрушить всю эту мощь на уязвимые точки кристаллической решётки.
Капля пота стекла по виску сиреневой единорожки, соскользнула на подбородок и сорвалась в короткий полёт до пола. Однако же сосредоточенная на своей цели волшебница даже ухом не дёрнула на столь незначительное происшествие, никак не способное отразиться на проводимом ритуале.
Вот концентрация энергий наконец-то достигла нужного уровня, и резонаторы дали импульс, отразившийся уколом боли в висках и роге, но эта неприятность ушла на задний план в ту же секунду, когда «Тёмный Паразит», цвет которого сменился на грязно-серый, стал медленно расплываться в стороны. В тот же миг пленница кристалла, ощутив относительную свободу, но ещё не успев вернуться в сознание, конвульсивно дёрнулась и открыла рот в попытке вдохнуть…
Жёлтая единорожка применила заклинание, которое буквально «слизнуло» слизь, в которую превратился когда-то неразрушимый «Тёмный Паразит», а уже в следующий миг рядом с Рарити оказались сама Твайлайт и ещё один из её помощников, готовые действовать стремительно и решительно.
— Не дай ей шевелиться, а я удалю жижу из лёгких и желудка, — приказала Спаркл, вновь зажигая рог и краем сознания отметив, что может нормально слышать.
— Понял, — откликнулся жеребец, применяя телекинез на ноги белой единорожки.
Время шло на секунды, так что сиреневая волшебница первым делом воздействовала на лёгкие подруги, при помощи пузырьков воздуха выталкивая из них жидкость, одновременно с тем обеспечивая пусть слабый, но приток кислорода к крови. Рарити же выгнуло дугой и скрутило в спазме, заставляя совершенно неэстетично блевать прямо на пол перед собой.
В то же время ещё двое членов группы спасателей бросились к выходу, чтобы раскрыть створки дверей и впустить внутрь реанимационную бригаду.
Исполняющая обязанности принцессы и сама не заметила, в какой момент её мягко отстранили от подруги. Казалось бы, ещё секунду назад она стимулировала организм белой единорожки на работу, а вот уже стоит в стороне, и закусив нижнюю губу, смотрит, как освобождённую от тюремного кристалла главу Министерства Стиля, явно не понимающую, ни где она находится, ни что происходит, перекладывают на носилки, заставляют дышать кислородной смесью из маски, подключают к переносной капельнице с витаминным составом, попутно вкалывая в круп какие-то лекарства.
