…Что подтвердилось буквально через минуты, когда все системы внешнего наблюдения буквально взбесились, оповещая пленницу «Крестоносца» о том, что была активирована установка, являвшаяся проектом наивысшего уровня секретности. Едва же радиационный фон упал до значения, при котором угроза жизням пони отсутствовала, на всех волнах радиосвязи произошла информационная атака, на фоне которой меркло даже известие о применении боевого мегазаклинания, при помощи которого было остановлено новое вторжение зебр…
…
Языки изумрудного пламени, словно кокон, окутавшие закованное в броню тело сиреневой единорожки, вопреки подсознательному ожиданию не жгли, а словно бы ластились и стремились защитить. Впрочем, в этом не было ничего удивительного, так как драконья магия, в отличие от магии единорогов, в большей степени подчинялась эмоциям и желаниям владельца, а Спайк всё же был её самым близким другом, которому легко можно было доверить свою жизнь, и не опасаться, что он пожелает причинить какой-то вред.
Но вот пламя рассеялось, не оставив на броне и следа копоти, а взгляду Твайлайт Спаркл предстало помещение с серыми стенами, высокими белыми потолками, выложенным крупными плитами полом и терминалом «Крестоносца». Рядом с компьютером располагалась капсула, очень похожая на медицинскую, кресло для сканирования памяти, а на стенах висели мониторы, под которыми виднелись перемигивающиеся огоньками клавиатуры. Только вот взгляд пони сразу же прикипел к иной детали обстановки…
— П-п-принцесса… — вырвался из горла ученицы Селестии сдавленный писк, в то время как сердце в груди пропустило удар, а затем болезненно заныло.
— Что за?.. — начала было говорить Рэйнбоу Дэш, но сама себя оборвала и прикусила язык, стоило лишь увидеть когда-то белую аликорницу, тело которой лежало на полу перед терминалом суперкомпьютера, шёрстка частично выпала, а частично посерела (грива и хвост же напоминали сухую солому, более не развеваясь на магическом ветру). — Хвостец…
Внезапно экраны, до этого момента находившиеся в спящем режиме, вспыхнули голубым сиянием, на фоне которого появилось изображение мордочки принцессы дня, внимательный взгляд которой был направлен точно на двух растерянных кобылок. Не успели они и звука из себя выдавить, как из динамиков, расположенных под потолком, зазвучал хорошо знакомый голос:
— Приветствую вас, мои маленькие пони. Будьте добры снять шлемы, чтобы я могла убедиться в ваших личностях, после чего мы сможем продолжить разговор.
— Ик, — изрекла голубая пегаска, инстинктивно покосившись на то место, где находились выдвигающиеся из потолка оборонительные турели.
— Принцесса Селестия, вы живы?! — её напарница же не стала тратить время на сомнения, вместо этого сорвав шлем с головы, чтобы широко распахнутыми глазами уставиться на один из мониторов. — Ой… Я…
— Здравствуй, Твайлайт Спаркл, — тепло улыбнулась белая аликорница, выражение мордочки коей демонстрировало искреннюю радость. — Я рада, что ты жива и здорова. Обо мне же сейчас сказать подобного нельзя… по понятным причинам. Сразу отвечу на возможные вопросы: я воспользовалась некромантией, чтобы переместить свою душу в «Крестоносец»; управление башнями ПОП мне недоступно из-за того, что этот терминал был отключён от соответствующего оборудования; всё это время я наблюдала за вашими действиями… и должна сказать, что горжусь вами, мои маленькие пони. В самый трудный для Эквестрии час вы не только не сдались, но и смогли взять ситуацию под свой контроль, проявили решимость, находчивость и упорство, заслуживающие искреннего уважения и восхищения.
— Принцесса Селестия… — голос сиреневой единорожки дрожал, а глаза блестели влагой, готовой вот-вот пролиться слезами. — Вы… Это правда вы?..
— Пожалуй… у меня сейчас нет способа, чтобы доказать истинность своей личности, — прикрыв глаза, что было исключительно графическим эффектом, призванным облегчить общение с неожиданными гостьями, отозвалась белая аликорница. — Я могу лишь продемонстрировать записи с камер наблюдения, демонстрирующие события того дня, когда я… сменила форму существования, но верить им или нет — это решать только вам. Впрочем, Твайлайт, ты можешь задать мне вопросы, ответы на которые можем знать только мы.
На последних словах лёгкая улыбка вновь вернулась на мордочку Селестии, а её ученица, в первый момент хотевшая заверить наставницу в том, что верит ей, остановила себя, уже открыв рот и вскинув голову. Пару секунд она думала о том, что же могли знать только они двое, при этом в процессе размышлений зрачки кобылки слегка дёргались из стороны в сторону, а затем всё же задала вопрос:
— Когда, как и кто рассказал мне о том, что такое секс и как появляются жеребята?
— Кхе-кхе… — поперхнулась воздухом Рэйнбоу Дэш, только-только снявшая свой шлем с головы, чтобы широко распахнутыми глазами уставиться на ожидающую ответа подругу.
