Пение в ритм нашего движения заполняет весь мир. Ее тепло обжигает меня. Она влажно раскрывает губы у меня на шее и скользит вверх, чтобы найти мой язык. Стиснув, я поднимаю ее. Ее груди движутся по моей груди, покрытой потом. Мои ступни изгибаются, икры напрягаются в попытках проникнуть в Кали еще глубже.
Вся вселенная сосредоточилась в круге разгорающегося во мне пламени, которое набирает силу и, наконец, проносится сквозь меня мощным взрывом.
– Боже милостивый! – Я сел в кровати. Простыни пропитались моим потом, а по штанам пижамы расплывалось мокрое пятно от семяизвержения.
– О Господи.
Голова трещала. Обхватив ее руками, я стал раскачиваться. Амрита ушла. Сильный солнечный свет пробивался сквозь штору. Часы показывали 10:48.
– Провались оно все, к чертям собачьим. Я пошел в ванную, швырнул пижаму в мешок для грязного белья и встал под тугую струю душа. Когда я вышел через пятнадцать минут, руки и ноги у меня еще подрагивали. Голова так отчаянно болела, что перед глазами, где-то по краям поля зрения, мелькали какие-то точки.
Я быстро оделся и принял четыре таблетки аспирина. Черная щетина покрывала мои щеки, но я решил не бриться. Из ванной я вышел как раз в тот момент, когда вернулась Амрита с Викторией.
– Где ты была, черт бы тебя побрал? – резко спросил я.
Она застыла на месте, с ее лица медленно сошла улыбка. Виктория смотрела на меня как на чужака.
– Ну что?
Амрита выпрямилась. Голос ее звучал ровно.
– Я снова зашла в лавку сари, чтобы взять адрес Камахьи. Я пыталась дозвониться, но линия не работала. Поскольку мы остаемся еще на день, я хотела бы обменять ткань. Ты разве не видел моей записки?
– Мы уже должны подлетать к Лондону. Что случилось, черт возьми?
Я говорил резким тоном, но злость уже стала проходить.
– Что ты имеешь в виду, Бобби? Ну что ты хочешь узнать?
– Я хочу узнать, что случилось с этим проклятым будильником, с такси, которое мы заказывали, с рейсом «БОАК»? Вот что я имею в виду.
Быстрым движением Амрита положила девочку. Подойдя к окну, она открыла шторы и скрестила руки.
– «Проклятый будильник» зазвонил в четыре. Я встала. Ты не захотел просыпаться, даже после того, как я тебя потрясла. В конце концов, когда мне удалось заставить тебя сесть, ты сказал: «Давай подождем еще денек». А все это потому, что ты сидел всю ночь и читал.
– Я так и сказал?
Я тряхнул головой и присел на край кровати. Самое жуткое в мире похмелье по-прежнему пульсировало у меня в голове, вызывая желание сблевнуть. Похмелье от чего?
– Именно так я и сказал?
– Ты так сказал.
От голоса Амриты исходил холод. За все годы нашей совместной жизни я лишь несколько раз набрасывался на нее с грубостями.
– Дьявол. Прости. Я и не просыпался. Эта проклятая рукопись.
– Ты же говорил, что будешь читать ее только в самолете.
– Говорил.
Опустив руки, Амрита подошла к зеркалу, чтобы поправить выбившуюся прядь. Ее губы начинали приобретать обычную окраску.
– Ничего страшного, Бобби. Не имею ничего против того, чтобы остаться еще на день.
Тошнота подступала к горлу. Мой голос звучал чужим для меня самого.
– Я имею кое-что против, черт возьми. Вы с Викторией не останетесь еще на день. Во сколько рейс «Эйр Индия» на Дели?
– В девять тридцать и в час дня. Но почему?
– Вы улетите рейсом в час дня и сядете на вечерний рейс «Пан Ам» из Дели.
– Бобби, но это же означает… Почему ты говоришь «вы»? Почему ты не хочешь лететь? Рукопись-то у тебя.
– Вы полетите вдвоем. Сегодня. Мне нужно кое-что закончить в связи с этой поганой статьей. Одного дня мне хватит.
– Ох, Бобби, я не хочу лететь одна с Викторией…
– Знаю, малышка, но ничего не поделаешь. Давай-ка укладываться.
– Все уже уложено.
– Отлично. Тогда собери Викторию и составь вместе все сумки. Я же договорюсь внизу насчет такси и носильщика.
Я поцеловал ее в щеку. Обычно за любой попыткой с моей стороны проявить диктаторские замашки следовала перепалка, но сейчас Амрита уловила что-то в моем голосе.
– Ладно, – сказала она. – Но тебе лучше поторопиться. В Индии невозможно заказать билеты по телефону, как ты знаешь. Просто надо приехать пораньше и встать в очередь.
– Ясно. Я сейчас приду.
– Мистер Гупта?
Телефон в вестибюле работал.
– Алло. Да. Алло, кто это?
– Мистер Гупта, говорит Роберт Лузак.
– Да, мистер Лузак. Слушаю вас.
– Мистер Гупта, я хотел бы, чтобы вы организовали мне встречу с М. Дасом. Личную встречу. Только он и я.
– Что? Что? Это невозможно. Алло?
– Лучше, если это станет возможно, мистер Гупта. Подключите любые связи, которые имеете, и передайте Дасу, что я хочу встретиться с ним сегодня.
– Нет, мистер Лузак. Вы не понимаете. М. Дас никого не допускает…
– Да, я все это уже слышал. Но со мной он встретится, я уверен. Я настаиваю, чтобы вы это ускорили, мистер Гупта.
– Мне очень жаль, но…
