«Не обычная тяжба была разрешена сейчас. Сегодня родилась еще одна легенда моего народа, и она не забудется в веках. Такое событие будет передаваться от поколения к поколению. Спор между найманом и аргыном, как водится, обрастет небылицами, но от этого не потускнеет его суть. Затаив дыхание, люди будут слушать о том, как заупрямился найман, как возмущенный аргын выставил юного храбреца Джандыра, добрым словом потомки вспомнят Аралбай-батыра, мудрого старца Ошагана. Более того, от этого славного дня будут исчисляться события у казахов: скажут — кто-то родился или умер через столько-то лет после великого спора между найманом и аргыном, да, именно так оно и будет. Станут говорить о том, как пошатнулось было знамя их дружбы, но нет, не упало. Сколько песен и поэм сложат об этом дне! Ни одному хану или султану и не снилось такое — народ сам решил свою судьбу. Разве может не остаться подобное событие в памяти казахов? Будут славить прозорливость трех доблестных жузов, мудрость их аксакалов. Не забудут и озеро Теликоль с его прозрачной водой, с его раздольем. Вон они, мои достойные сородичи, как они радуются, готовясь к торжественному тою!»
И верно, подготовка к празднику захватила всех. С молниеносной быстротой гонцы известили о нем казахские аулы. Прибыли борцы, чтобы помериться силой. Напряжение многочасовой тяжбы незаметно развеялось, берег Теликоля огласился звонким смехом молодежи.
Жоламан был восхищен мужеством и стойкостью Джандыра. Его ровесник казался Жоламану настоящим героем, еще бы — мало кто сможет так хладнокровно сидеть на коне, ожидая смерти. Юноше хотелось познакомиться и поговорить с Джандыром. Вот случай и представился.
— Здравствуй, удалой Джандыр! — приветствовал его Жоламан.
— Здравствуй, юный батыр!
Они обменялись слышанными от взрослых приветствиями. Юноши очень быстро подружились.
— Если я тебя спрошу, Джандыр, ты ответишь мне откровенно?
— Спрашивай, я никогда не лгу.
— Неужели давеча, сидя на коне, ты ничуточки не боялся, неужели тебе не было страшно?
Джандыр на минуту задумался, потом ответил:
— Боялся, да еще как! Сердце как заячий хвост дрожало. Кому же хочется умирать! Но я думал об отце. О, ты не знаешь моего коке! Таких людей единицы. А как он любит меня! Умер бы за меня, глазом не моргнув. Но вот он подходит ко мне, и я вижу его глаза — в них нет слез, они все внутри — в сердце. И стоило мне увидеть это — как он молча плачет, веришь ли, Жоламан, комок у меня к груди подступил, я понял, что ему тяжелее, чем мне. И я взял себя в руки, решил, что тоже ни одной слезы не пролью. А страшно мне было. Помнишь, солнце заходило? Я смотрел, как озеро переливается то оранжевым, то красным, — я такой красоты никогда не видел и пожалел, что ни разу не искупался в Теликоле.
— Джандыр, ты настоящий батыр! — Жоламан от души обнял своего нового друга.
В это время над озером взвилась вольная песня. Юноши пошли на ее голос.
В восьмикрылой белой юрте собралась молодежь. Сев в круг, юноши и девушки пели, шутили. На середину вышла одна пара, чтобы посостязаться в находчивости.
Девушка загадывала парню загадку, отвечать он должен был в рифму.
Всем понравился ответ парня, послышались возгласы:
— Молодец джигит!
— Целуй ее крепче!
Веселье продолжалось. Никем не замеченные, Джандыр и Жоламан наблюдали за игрой. Джандыр улыбался, когда, как водится, за удачный ответ джигит целовал девушку, а Жоламану все это было внове.
Вот уже кто-то настроил домбру, веселая песня добавила задору. Пары обменивались взглядами, доверив задушевному наигрышу свои мысли и чувства. Некоторые юноши и девушки незаметно пожимали друг другу руки, дарили избранникам платки.
Потом молодежь вышла на воздух посмотреть на состязание борцов, пострелять по серебряной монете-камбы.
Черноокие красавицы ободряли своих любимых, на конце жерди дрожала монета, бешено колотилось сердце в груди джигитов. Сто шагов было до монеты, сто шагов до желанной цели, ибо Ошаган-бий, заметив настроение молодежи, обещал заманчивую награду. Зоркие глаза аксакала давно заметили, что многие юноши и девушки выбрали друг друга. Те, кто победят в стрельбе, могли жениться тут же, без калыма и сватов, с благословения многих сородичей; под звуки веселых песен молодоженам поставят юрту, выделят им скот и приданое. Криками восторга молодежь благодарила бия.
Джигиты шептали на ухо доверенному человеку имя своей избранницы, затем он обошел девушек и заручился их согласием.
Теперь юноши ждали очереди, чтобы выстрелить по монете. Среди них не было лишь Джандыра и Жоламана. Сначала они тоже стали готовить луки и стрелы, но, узнав об условии состязания, поневоле вышли из игры — ведь у них не было возлюбленных.
