Иду. Хрустит под подошвамиБульвара свежий песок.Нежный голос из прошлогоВдруг ударил в висок.Как выстрел, ошеломил он,Неужели — она?Время не изменилоОблик простой и милый…Оклик. И тишина.Вся она в солнце, в бликах…Стою, не веря глазам.Фантазия это ГригаИли придумал сам?…Город босого детства,Тяжесть отчей руки.Дом. Базар по-соседству.Мостик. Сад у реки.Влюбленных тесные пары,И с вечера до зари:«Кирпичики» под гитаруИ «Шахта номер три».Двадцатого бомбардировка.Поляки. Взбивая пыль,Бегу к возлюбленной, ловкийКак Гарри Пиль.Увы, не вышло по-моему, —Меня не могла понятьИ обдала помоямиЕе сварливая мать.Потом — любовь идеальная(Как это было давно!),У словно-провинциальнаяС мороженым и кино.Куда-то уехал вскоре я,И все решили: шальной!…Студентка консерваторииИдет по Москве со мной;Гибкая и прямая,Прыгает через ручей,Бережно прижимаяЗачехленную виолончель.— Слышала от знакомых,Передавали мне,Что ты живешь не в хоромах, —Один, от всех в стороне.В Минске твои сестрицыХором твердили, в лад:Годы! Пора жениться.Когда он остепенится?Жаловались — талант!5Вечер. Под фонарямиШумит поток москвичей.Все еще между намиЗачехленная виолончель.На Сухаревке, у башниЖдем пятнадцать минут.— Мейшка, возьми багаж мой.Проводишь. Одной мне страшно —Еще в трамвае помнут. —Тесен трамвай вечерний.Двое — сядем, пройдем.Если с виолончелью,Это уже — втроем!И тут раздумывать нечего —Не упустить момент.…Ласково и доверчивоКо мне приник инструмент.В вагоне битком набито —Усталый, хмурый народ.Ругань, мелочи быта,Площадной анекдот.Сказал я, глядя в их лица,Лучшую из речей:— Друзья! Прошу потесниться,Со мною — виолончель.Тетушка, сдай в сторонку,Постой, браток, не спеши,В этом чехле — звонкиеСтруны твоей души… —Наступаю на чью-то ногу.Но вправо-влево сдают.Трамвай попритих. ДорогуИнструменту дают;Исцарапанными о камень,Закопченными у печейМозолистыми рукамиОберегают виолончель.Усталость и злость забыты,Мелочью слов бренча,Тяжелый мешок бытаСваливается с плеча.6
