Один из мужчин расспрашивал о чем-то Дрю на переднем крыльце, в то время как другой разговаривал с моей обезумевшей матерью на краю комнаты. Внезапно я почувствовала себя застывшей во времени, как будто жизнь двигалась вокруг меня, пока я сидела на диване и смотрела на Дрю через открытую входную дверь.
— Я собираюсь в больницу, чтобы посмотреть, что происходит. Хочешь пойти со мной или остаться здесь? — спросила мама, перекинув сумочку через плечо. Я даже не знал, что она закончила разговаривать с медиком — и, подумав об этом, поняла, что понятия не имела, что скорая вообще уехала.
Я еще раз выглянула наружу, чтобы убедиться, что Дрю все еще там. Он ссутулившись сидел на крыльце, запустив руки в волосы, его лицо практически лежало на коленях, но, по крайней мере, он никуда не ушел.
— Маккенна… — рявкнула мама, снова привлекая мое внимание.
Я застряла в оцепенении и, казалось, не могла найти выхода. Мне потребовалась лишняя секунда или две, чтобы вспомнить, что она сказала всего минуту назад, но, наконец, до меня дошло.
— Я останусь здесь, чтобы убедиться, что с ним все в порядке, — ответила я, указывая на спину Дрю.
— Хорошо. Что ж, позвони мне, если тебе понадоблюсь. Понятия не имею, как долго меня не будет, но буду держать тебя в курсе. Мы сможем разобраться во всем этом, когда я вернусь. Ладно? Я люблю тебя. — Мама поцеловала меня в лоб, а затем ушла, оставив входную дверь широко открытой.
Я медленно направилась к парадному крыльцу, села рядом с Дрю и стала ждать, когда он проявит хоть какие-то признаки жизни. Наконец, парень сделал глубокий вдох, его спина дернулась, а затем опустилась с тяжелым выдохом. Затем он повернул голову в сторону, чтобы посмотреть на меня. Тем не менее, Дрю все еще молчал. Казалось, мы оба ждали, когда другой произнесет первое слово.
Не в силах больше ждать, я нарушила молчание.
— Ты в порядке?
Дрю кивнул и переключил свое внимание на кирпичную ступеньку, на которой мы сидели.
— Я действительно сожалею обо всем этом. Понятия не имею, что произошло. — Резко сглотнула, чувствуя себя так, словно иду по осколкам стекла, а не разговариваю с кем-то, кого близко знаю. — Ему становилось все хуже и хуже — большую часть времени он не знал, кто мы такие, думая, что я — моя бабушка. Но я никогда не видела, чтобы он проявлял какую-либо агрессию, особенно такого рода насилие, как сегодня.
Вместо ответа Дрю тупо уставился вдаль и покачал головой.
— Послушай, — выдохнула я, поворачиваясь к нему и держа его за бицепс обеими руками. — Клянусь, Дрю, я ничего не знала о владельце земли. Я потратила все время пребывания на курорте, пытаясь убедить тебя сделать с ним что-то большее, так зачем мне ждать, пока ты, наконец, не согласишься, чтобы просто развернуться и выхватить его у тебя? Это не имеет смысла.
Парень потер глаза подушечками большого и среднего пальцев, а затем на мгновение ущипнул себя за переносицу. Громко фыркнув, он опустил руку и продолжил смотреть через улицу.
— Я даже не знаю, что со всем этим делать, Кенни.
Слава Богу. Он назвал меня Кенни. Этого было достаточно, чтобы я вздохнула с облегчением. Это означало, что я не совсем потеряла его, и, может быть, просто может быть, он поверил мне насчет собственности. Все, что мне сейчас было нужно, это услышать, как он произносит эти слова.
Но он этого не сделал. Вместо этого Дрю отвел взгляд в сторону, встретился со мной взглядом и спросил:
— Ты хоть представляешь, что это значит?
Я покачала головой, не имея ни малейшего представления, о чем он говорит.
— Ты разве не слышала, что он там сказал? Он душил меня, но я все еще слышал его. Слышал каждое слово. — Парень сделал паузу на мгновение, возможно, чтобы посмотреть, скажу ли я что-нибудь, а когда я промолчала, он подвинулся на ступеньке, наклоняясь ближе ко мне, пока наши колени не соприкоснулись. — Твой дедушка убил моего. Наверное, он их всех уничтожил. Из-за него пропала моя семья.
Мой разум как будто отказывался понимать все, что он говорил. Все это звучало так надуманно и нелепо.
— Он просто старик, Дрю. И не понимает, о чем говорит. Ради всего святого, он назвал меня Эмили.
— Да, но он не выдумывал Эмили. Она была реальным человеком — кем-то, на кого ты, по-видимому, очень похожа. Так зачем же ему выдумывать все остальное? Эндрю Кроу тоже был реальным человеком, Кенни. Разве ты не понимаешь? Эндрю Кроу был моим дедушкой. Именно из-за него моя бабушка с самого начала открыла «Черную птицу».
Мне действительно нужно было взять себя в руки, прежде чем я разозлю его и потеряю навсегда. Вопросы проносились у меня в голове так быстро, что я не успевала ответить ни на один, как у меня начинала кружиться голова от следующего. Самым нелепым из всего этого была доля секунды, когда я подумала, что, возможно, это означает, что у нас была одна и та же бабушка. К счастью, я смогла отмахнуться от этого, прежде чем спросить вслух.
— Хорошо, но я думала, ты сказал, что люди Беннетта были ответственны за это.
