— Так и есть. — Дрю нахмурил брови и глубоко вздохнул. Я практически видела, как в его глазах вращаются колесики, когда он медленно выдыхал, прорабатывая искомые неизвестные в своей голове. — Как фамилия твоего дедушки?
— Тисдейл.
Он несколько раз моргнул.
— И так было всегда? Он никогда ее не менял?
— Насколько мне известно, нет. А это значит, что это не мог быть он.
— Или мы все это время ошибались и обвиняли Беннеттов в том, чего они никогда не делали. Я понимаю, что ты не хочешь думать о том, что это будет означать, если я прав, но подумай об этом, Кенни. Ты сама сказала, что он жестоко обращался с твоей бабушкой. Что заставляет тебя думать, что он не способен причинить вред кому-то еще?
Я стиснула челюсти, борясь с необходимостью защищать свою семью. По правде говоря, я не знала, на что был или не был способен мой дед, особенно более сорока лет назад. И история нарисовала его не в очень хорошем свете. Дрю, возможно, был прав, что то, что сказал дедушка, нападая на него, пришло прямо из его памяти. Честно говоря, мне нечего было возразить против этого обвинения.
— Ты собираешься бросить мне в лицо все личные вещи, которые я тебе сказала? — Поскольку я не могла защитить свою семью, то решила защищаться сама. Это было нехорошее чувство — сожалеть о том, что поделилась с кем-то личными подробностями своей жизни, только для того, чтобы это использовали против меня.
— Мне нужно идти. — Парень полностью проигнорировал мой вопрос и оттолкнулся от ступеньки.
— Что, сейчас? Ты не можешь ехать обратно в такое время. Солнце вот-вот сядет, а до курорта несколько часов езды. Если не хочешь разговаривать, это нормально, но, по крайней мере, останься на ночь и возвращайся утром, после того как немного поспишь.
И снова он проигнорировал меня и продолжил идти к своему грузовику, который припарковал у обочины перед домом.
— Дрю! — крикнула я ему вслед, практически преследуя его по переднему двору. — Не уходи.
Он остановился как вкопанный и повернулся. Я наполовину ожидала увидеть гнев в его глазах или поймать его пристальный взгляд в мою сторону. Но ничего этого не увидела. Вместо этого мужчина, стоявший передо мной, казался потерянным и озадаченным. Неуверенным.
— Прости, я не хотела затевать ссору.
Дрю покачал головой и нежно обхватил своими длинными пальцами мои бицепсы, удерживая меня перед собой и заставляя смотреть ему в глаза.
— Дело не в этом, Кенни. Мне просто нужно о многом подумать. Я пришел сюда, чтобы поговорить с вами о собственности, и узнаю, что в этой истории есть гораздо больше, чем я когда-либо осознавал. И в довершение всего на меня напал старик, который признался в убийстве моего дедушки.
— Я действительно не думаю, что он это сделал. Может быть, они знали друг друга, но на этом все и закончилось. Это не мог быть он. И я говорю это не потому, что думаю, что он отличный парень или что-то в этом роде. Твоя бабушка сказала тебе, что его поймали на драке с ребенком Беннеттов из-за девушки. Мой дедушка не Беннетт. Не говоря уже о том, что он и моя бабушка были вместе со средней школы, что не делает ее девушкой, о которой идет речь. — Я не была уверена, кого пыталась убедить больше — его или себя.
Я могла сомневаться до посинения, но это не стерло бы слов в дневнике моей бабушки. Я читала ее историю. Запутанную историю о девушке, пытающейся уйти от своего бывшего, безжалостного болвана, который отказывался терять надежду снова быть с ней. Душераздирающий рассказ о молодой женщине, которую бросила любовь всей ее жизни накануне их вечности.
Я читала ее эмоциональное путешествие о том, как она влюбилась в мальчика, которого она с любовью называла ЭК. Что, по совпадению, были теми же инициалами, что и у Эндрю Кроу. С другой стороны, у миллионов людей были эти инициалы. Единственное, что удерживало меня от признания, было имя Беннетт.
— И подумай об этом, Дрю, каковы шансы? Если то, что ты говоришь, действительно правда, тогда, черт возьми… давай купим лотерейный билет. Я понимаю, если бы мы жили в одном районе, но это не так. Или если бы я знала о земле моего деда, и именно поэтому осталась на курорте, но ведь я случайно наткнулась на «Черную птицу». Так что это тоже не тот случай. Я понимаю, о чем ты говоришь, и согласна, что трудно игнорировать то, что он там сказал. Но ничто не объясняет, как мы здесь оказались.
— Я не могу ответить на этот вопрос, — сказал он со вздохом. — Все, что могу сказать, это то, что ничто другое не имеет смысла.
