Песнь ворона полностью

Поначалу я не мог оценить ее реакцию, потому что вместо того, чтобы ответить, незнакомка несколько раз открыла и закрыла рот, моргая, как будто пытаясь прояснить зрение. Затем, внезапно покачав головой, она прошептала:

— Ох.

Этого одного звука было достаточно, чтобы зацепить меня.

Шарф глубокого смущения обернулся вокруг ее шеи и закрыл лицо. Она скользнула босой ногой по деревянным перекладинам под собой, готовясь встать.

— Мне так жаль.

Я быстро поставил холодильник — больше не заботясь о холодном пиве, которого жаждал не более десяти минут назад, — и присел перед ней на корточки. Это было единственное, что я мог придумать, чтобы удержать девушку от того, чтобы встать и уйти.

— За что ты извиняешься?

Не отрывая от меня взгляда, она указала в сторону лодочного сарая.

— На табличке написано: «Посторонним вход воспрещен».

Я не смог сдержать улыбку, которая взяла верх. Похоже, это все-таки был знак свыше.

Незнакомка положила ладони плашмя на деревянный настил и приподнялась в еще большей — и более очевидной — попытке встать. Мысль о том, что она уйдет, вызвала у меня волну паники, и без единой мысли я положил руку ей на колено. Девушка замерла, ее тело напряглось под моим прикосновением. И вдруг я начал паниковать по совершенно новой причине. Я не хотел, чтобы она уходила, но также не хотел пугать ее.

Самым мягким голосом, на который был способен, я сказала:

— Тебе не нужно уходить.

Страх сменился замешательством, когда ее широко раскрытые глаза сузились, а морщины на лбу стали глубже. И все же девушка оставалась безмолвной — ее взгляд задержался на моем лице, ожидая, что я скажу что-нибудь еще.

— Я имею в виду, ты уже здесь, так что оставайся и посмотри фейерверк. Ты ведь поэтому пришла, верно?

— Да, — ответила она нежным, робким голосом, который пробежал по мне, как легкий ветерок в холодный день. Затем девушка медленно изменила позу, пока снова не села, прислонившись спиной к перилам и свесив одну ногу с края.

Чувствуя, что наконец-то могу расслабиться и снова дышать, я сел, прислонившись к столбу напротив, чтобы видеть ее, пока мы разговаривали. Конечно, это было немного самонадеянно с моей стороны, но я всегда стремился добиваться того, чего хотел. И мне хотелось поговорить — я не хотел оставаться один.

— Ты остановились на курорте или просто проездом?

В уголке ее рта заиграла уверенная улыбка.

— Остановилась здесь. Приехала сегодня утром.

Мне хотелось узнать, в каком именно домике, но я знал, что спрашивать об этом было бы жутко. Поэтому задал следующий наводящий вопрос.

— Как тебя зовут? — С этой информацией я мог бы сам все выяснить, не отпугивая ее.

— Маккенна. — Фамилия была бы полезна, но я не собирался жаловаться.

— Ты здесь с кем-то или одна?

Ее светлые глаза чуть прищурились. Должно быть, это было непроизвольное движение, потому что оно длилось всего долю секунды. Как только это произошло, мимолетное беспокойство исчезло, и почти незаметное волнение окрасило ее светлые щеки.

— Одна.

Внезапно я понял ее реакцию. Последнее, чего мне хотелось, это заставить девушку думать, будто я сталкер, поэтому попытался объяснить.

— О, мне просто было любопытно, почему ты здесь одна. Я подумал, может быть, ты пытаешься сбежать от семьи или что-то в этом роде.

— Окна моего домика выходят в другую сторону, а ресторан был переполнен. Единственное свободное место, которое у них оставалось — у стойки бара, которая тоже обращена не в ту сторону. Я пошла ближе к озеру, и оказалась здесь. Не ожидала, что кто-нибудь появится, поэтому подумала, что все будет в порядке.

Должно быть, она не заметила большую террасу в задней части бара, где все, в конце концов, соберутся, как только начнется празднование. Но я не собирался говорить ей об этом и рисковать тем, что девушка уйдет. Поэтому вместо этого я указал на холодильник, который поставил рядом с ней, и спросил:

— Можешь подвинуть его сюда?

Маккенна подвинула холодильник ко мне, а затем еще немного расслабилась, прислонившись к перилам. Ее правая нога — та, что не свисала с причала, — была согнута в колене, а босая ступня прижата к вершине бедер. На ней были шорты цвета хаки с манжетами, которые, скорее всего, могли выдать некоторые вещи из-за того, как девушка сидела, поэтому я старался не смотреть. Но то, как она бездумно ковыряла кожу на пятке, делало почти невозможным сосредоточиться на чем-то другом.

Задаваясь вопросом, была ли это такая уж хорошая идея, в конце концов, я схватил пиво, и как только потянулся, чтобы взять второе для Маккенны, задумался.

— Сколько тебе лет?

— Восемнадцать. А что?