— Ну, я знала, что буду здесь одна в течение недели, и я несовершеннолетняя, поэтому купила одну для таких случаев, как сегодня вечером — когда захочу выпить, но не захочу оставаться взаперти для этого. Плюс, я купила её по дешевке на скидочной стойке.

Раздался громкий смех Дрю, окативший меня волнами успокаивающего тепла.

— Я понимаю, что это прозвучало так, будто я много тусуюсь... Но, клянусь, что это не так.

— О, да? Почти одурачила меня. — Его дразнящий тон сохранял атмосферу легкости вокруг нас.

Он, наверное, не мог меня видеть, но я все равно закатила глаза.

— Нет, правда. Мой дедушка — выздоравливающий алкоголик, десять лет трезвый, так что я знаю, насколько это разрушительно. Моя мама не прикасается к этой дряни, даже к вину.

— Тогда почему ты это делаешь?

Я замедлила шаг, чтобы посмотреть на Дрю, мне нужно было увидеть его лицо, чтобы понять мотив его вопроса. В его голосе не было осуждения, но моя собственная нечистая совесть все равно заставила меня усомниться в этом. И своим сострадательным взглядом он рассказал мне все, что я хотела знать. Отсутствие гусиных лапок доказывало, что у него не было намерения высмеивать меня, и его гладкий лоб, расслабленная челюсть и спокойный вхгляд укрепили в моем сознании, что его единственным мотивом был простой интерес.

Это придало мне достаточно уверенности, чтобы продолжить нашу прогулку и беседу.

— Мне восемнадцать, Дрю. Конечно, ты можешь понять, почему подросток время от времени украдкой выпивает. Или ты слишком давно окончил школу, чтобы помнить?

— Поверь мне, я все понимаю. Но я не спрашивал, зачем кому-то в твоем возрасте пить. Я хотел знать, зачем это кому-то с твоей историей. Если твой дедушка боролся со своей зависимостью от алкоголя, почему ты начала пить так рано, зная, к чему это может привести?

— Вероятно, потому, что я несколько оторвана от реальности этого. Я имею в виду, моя мама не пьет, но она выросла в окружении уродливой стороны этого, в то время как я никогда этого не видела. К тому времени, когда дедушка появился в моей жизни, он был трезв. Думаю, что это одна из причин, по которой мне так трудно связать человека, о котором говорила моя мама, с человеком, которого я знаю последние пять лет.

— Значит, дедушка, которого ты знаешь, совсем не похож на то, каким его описывала твоя мама? — Дрю помолчал секунду после того, как я покачала головой, а затем спросил: — Может быть, она немного преувеличила? Может, просто пыталась избавить тебя от той боли, которую он причинил ей, когда она была маленькой?

— Не могу сказать наверняка, потому что она не так уж много говорила о нем. Моя мама — женщина очень немногословная, когда речь заходит о ее прошлом. Если мои подозрения верны и дедушка был жестоким, то я полностью понимаю, почему она не хотела поднимать эту тему, и именно поэтому я никогда не настаивала на большем, чем она готова была рассказать.

— О, ты сказала, что изо всех сил пыталась представить мужчину, о котором говорила твоя мама, потому что он совсем не похож на того, которого ты знаешь сейчас, поэтому я просто предположил, что это означало, что она тебе кое-что рассказала.

Я пожала плечами, понимая, как запутанно все это, вероятно, звучало.

— За последние несколько лет я смогла собрать некоторые фрагменты воедино, основываясь на том немногом, что она мне рассказала, а также на разговорах, которые подслушала, и эта картина не соответствует человеку, которого я знаю.

Дрю остался рядом со мной, внимательно слушая, как я раскрываю секреты своей семьи.

— Вот что я знаю: до его инсульта пять лет назад моя мама не видела своего отца с тех пор, как ей исполнилось пятнадцать. Именно тогда моя бабушка ушла и забрала маму с собой. Я также знаю, что она ушла, потому что мой дедушка был — как выразилась моя мама — злостным пьяницей. И, основываясь на том, что подслушала, я поняла, что моя бабушка не просто ушла... она сбежала. Улизнула посреди ночи, чтобы он никогда их не нашел.

Я вздохнула.

— Моя мама также дала понять, что у них было мало средств после того, как они уехали, и бабушка надрывала задницу, чтобы обеспечить мою маму. Но после того, как дедушка приехал к нам, я узнала, что у него много денег. Так что тот факт, что моя бабушка сбежала без гроша в кармане, а также то, что он был злостным пьяницей, заставляет меня предположить, что он был жестоким. Я просто не уверена в степени... Может он вымещал это и на моей маме тоже.

— Но ты сказала, что он сейчас в твоей жизни?

Мой дедушка не был распространенной темой для разговоров с тех пор, как мне исполнилось тринадцать, и даже тогда говорить было не о чем. Те немногие друзья, которые у меня были в то время, лишь слегка интересовались человеком, который появился из ниоткуда, и после этого просто стал частью моей жизни. Кроме вопроса, почему он жил с нами, ни у кого не было причин расспрашивать о нем или его прошлом. Вот почему непреднамеренный допрос Дрю слегка сбил меня с толку.

Перейти на страницу:

Похожие книги