(см. стр. 366). Спустя лет десять или более отец получил подробный и на
удивление откровенный критический разбор поэмы от кого-то, кто хорошо
знал его стихи и восхищался ими. Мне доподлинно не известно, кто это был.
Выбрав «традиционные парнорифмованные восьмисложники стихотворного рыцарского романа», – писал этот человек, – мой отец выбрал одну из
самых сложных форм, «если пытаешься избежать монотонной распевности в очень длинной поэме. Я то и дело изумляюсь, насколько успешно вы
справляетесь с задачей, однако успех этот не всегда постоянен». Его суровая
критика поэтического стиля «Лэ» касалась в том числе и архаизмов настоль-1
2
ПЕСНИ БЕЛЕРИАНДА
2
ко архаичных, что они нуждались в отдельном пояснении, неправильного
порядка слов, использования эмфатических и [ 1 ] там, где эмфаза отсутствует, и языка, порою невыразительного и шаблонного (по контрасту с
фрагментами «роскошных описаний»). Не осталось никаких свидетельств о
том, как именно отец воспринял этот критический разбор (написанный уже
после завершения «Властелина Колец»), но он наверняка так или иначе связан с тем фактом, что в 1949 или 1950 годах отец вернулся к «Лэ о Лейтиан»
и приступил к его переработке, в результате чего была в сущности создана
новая поэма; и, при том, что продвинулась она не так уж и далеко, она столь
значительно превосходит старую версию во всех тех аспектах, которые под-вергались критике, что занимает одно из первых мест в длинном и печальном списке несостоявшихся творений Толкина. Новый вариант «Лэ» вошел
в эту книгу; страница из беловой рукописи воспроизведена на фронтисписе
[ так в издании оригинала в твердой обложке ].
Главы обеих поэм перемежаются комментариями, основная цель которых – проследить эволюцию легенд и земель, послуживших для них декора-циями.
Две страницы, воспроизведенные из «Песни о детях Хурина» (стр. 15
[ в данном издании – стр. 22 ]), взяты из подлинной рукописи первого варианта, строки 297–317 и 318–333. Касательно различий между рукописью и печатным текстом см. стр. 4–5. Страница из «Лэ о Лейтиан», записанная эльфийским алфавитом (стр. 299 [ в данном издании – стр. 390 ]), взята из версии
«А» исходного «Лэ» (см. стр. 150–151): в тексте содержится ряд расхождений
с вариантом «В», который и напечатан в книге. Эти страницы оригиналов
воспроизведены с разрешения Бодлеанской библиотеки в Оксфорде; я благодарю сотрудников отдела Западных рукописей Бодлеанской библиотеки за
неоценимую помощь.
Два первых тома этой серии (первая и вторая части «Книги утраченных
сказаний») обозначены соответственно как и . В четвертый том войдет
«Очерк мифологии» (1926), к которому восходит «традиция» «Сильмариллиона»; «Квента Нолдоринва», или «История нолдоли» (1930); первая карта
северо-западных областей Средиземья; «Амбарканта» («Очертания мира») за авторством Румиля, вместе с единственными сохранившимися картами
Мира в целом; самые ранние «Анналы Валинора» и «Анналы Белерианда», составленные Пенголодом Мудрым из Гондолина; и фрагменты переводов
«Квенты» и «Анналов» с эльфийского на древнеанглийский, выполненных
Эльфвине из Англии.
ПЕСНЬ О ДЕТЯХ ХУРИНА
Существует довольно объемная рукопись (28 страниц), озаглавленная
«Очерк мифологии, имеющий непосредственное отношение к “Детям Хурина”»; этот «Очерк» – следующее после «Утраченных сказаний» законченное повествование в прозе (хотя сохранилось и несколько фрагментарных отрывков, созданных в течение промежутка времени между ними). Позже мой отец написал на конверте, в котором эта рукопись хранилась:
«Изначальный “Сильмариллион”». Вариант, изн[ачально] составленный ок.
1926–1930 гг. для Р. У. Рейнолдса как объяснение предыстории «аллитерационной версии» «Турина и Дракона»: на тот момент в работе (неокончена) (начата
ок. 1918 г.)».
По всей видимости, сначала он написал «1921», а потом исправил дату на «1918».
Р. У. Рейнолдс был одним из учителей моего отца в бирмингемской школе
короля Эдуарда (см. Хамфри Карпентер, «Биография», стр. 78). В дневнике за
август 1926 года мой отец упоминает, что «в конце прошлого года» снова получил весточку от Р. У. Рейнолдса, что они продолжили переписываться и что он
послал Рейнолдсу многие свои стихи, включая «Тинувиэль» и «Турина» («“Тинувиэль” с некоторыми оговорками одобрена, она слишком многословна – но
как я мог ее урезать; а посланный мной образчик “Турина” одобрения почти
или совсем не встретил»). Это позволяет датировать «Очерк» как изначально
написанный (впоследствии он был радикально переработан) в 1926 году, скорее всего – в самом начале года. По всей видимости, «Очерк», созданный как
разъяс нение предыстории «Турина» (аллитерационной поэмы), был отослан
вместе с отрывком из такового на Анакапри, где на тот момент жил Рейнолдс, выйдя на пенсию.
Мой отец занял должность профессора древнеанглийского языка в Оксфорде в зимнем триместре (октябрь-декабрь) 1925 г., хотя на протяжении этого
триместра вынужден был по-прежнему преподавать еще и в Лидсе, поскольку
