– Точка в точку. Слушайте, Яна знают в городе. Это дуболом. Он бешеный, с ходу лезет в бутылку, считает себя Всемогущим Господом Богом. Этот Дон поставил его в дурацкое положение, понимаете, выставил перед всеми бабищей, а не настоящим мужчиной, так что ваш человек должен был за это получить. Слушайте, вы собираетесь меня отпустить или как?
От ответа Кросса избавил стук в дверь. Брендон отделился от стены и открыл дверь. Он тихо обменялся несколькими словами с констеблем, стоявшим за дверью, и вернулся.
– Допрос прекращен в один час сорок семь пополуночи, – сказал он, перегнувшись через Кросса и выключая магнитофон. – Мы скоро вернемся, мистер Макконнел, – пообещал он.
Выйдя из комнаты для допросов, Брендон сказал:
– Инспектор Джордан и доктор Хилл наверху. И сержант-детектив Меррик вернулся из палаты «скорой помощи». Утверждает, что чувствует себя достаточно хорошо и может сам изложить ход событий.
– Хорошо. Нам лучше послушать, что он скажет, а потом мы вернемся к этому спортсмену. – И Кросс пошел наверх в комнату группы, где встревоженная Кэрол ходила вокруг Меррика. Тони сидел в сторонке, поставив ноги на край корзины для бумаг.
– Черт побери, Меррик! – заорал Кросс, увидев на голове подчиненного эффектную, похожую на тюрбан повязку. – Вы ведь не стали одним из этих проклятых сикхов, а? Иисусе, я знал, что это рискованно – посылать тайных агентов в этот клятый городок, но никак не ожидал подобного.
Меррик слабо улыбнулся.
– Я надеялся, сэр, что вы не отправите меня патрулировать на улицу за то, что напортачил.
Кросс скупо улыбнулся.
– Тогда давай рассказывай. Зачем ко мне в каталажку засадили этого наглеца?
Брендон, стоя в двух шагах позади Кэрол, вмешался в разговор:
– Прежде чем сержант Меррик перескажет нам происшествия этой ночи, мне хотелось бы объяснить доктору Хиллу, почему мы вызвали его сюда в такое позднее время.
Тони выпрямился.
– Когда вы вчера читали лекцию, – продолжал Брендон, проходя мимо Кросса и присаживаясь на край стола, – вы упомянули, что психолог способен помочь детективам спланировать допрос. Так давайте попробуем.
– Постараюсь, – кивнул Тони, снимая колпачок с ручки.
– Планирование допроса – это про что? – недоверчиво спросил Кросс.
Тони улыбнулся.
– Приведу пример из собственного опыта. Полиция, которой я давал советы, арестовала подозреваемого в двух изнасилованиях. Это был тип «настоящего мужчины», сплошное хвастовство и мускулы. Я предложил им послать для беседы с ним женщину-полицейского, лучше маленького роста и очень женственную. Он разозлился, потому что презирает женщин, и решил, что с ним обращаются без надлежащего уважения. Я посоветовал ей заранее расположить вопросы в такой очередности, чтобы показать ему, что, по ее мнению, он никак не мог быть насильником. В результате он страшно разозлился и раскололся – признался в двух изнасилованиях, в которых его обвиняли, и еще в трех других преступлениях, о которых они ничего не знали.
Кросс промолчал.
– Сержант Меррик? – подбодрил Дона Брендон.
Меррик поведал им о своих приключениях в баре, замолкая, чтобы подумать и быть точным. В конце его рассказа Брендон и Кэрол выжидательно посмотрели на Тони.
– Что вы думаете, Тони? Может кто-то из них оказаться под подзрением? – спросил Брендон.
– Не думаю, что Ян Томсон годится на эту роль. Наш убийца слишком осторожен, чтобы вмешаться в разборку по смешному поводу. Даже если бы Дон не был полицейским, очень вероятно, что для Томсона дело все равно кончилось бы неприятностями: он же взял в руки эту половинку кирпича. Даже в городе, где нападения на геев не отмечены как преобладающие в полицейских сводках, – сухо добавил он.
Кросс сердито посмотрел на него.
– Ребята относятся к геям, как ко всем остальным! – гаркнул он.
Тони пожалел, что не держал рот на замке. Меньше всего ему хотелось обсуждать с Томом Кроссом принцип брэдфилдской полиции «геи и черные не в счет». Он решил не обращать внимания на это замечание и продолжил:
– И еще. В том, что мы знаем о поведении убийцы, нет ничего, что заставило бы нас предположить, будто этот человек – гей-садомазохист. Он явно выбирает жертвы не в тех местах, где тусуются геи. Однако, с вашей точки зрения, Макконнел кажется более интересным. Мы знаем, как он зарабатывает на жизнь?
– Он владелец гимнастического клуба в центре города. Того самого, который посещал Гэрес Финнеган, – сказал Кросс.
– Разве его не допрашивали раньше? – спросил Брендон.
Кросс пожал плечами.
– С ним побеседовал один из инспекторов из группы Мэттьюза, – вставила Кэрол. – Я заметила донесение, когда готовила материал для доктора Хилла, – поспешно добавила она, увидев на лице босса сердитое выражение. Упаси боже, если он думает, что она подкапывается под него. – Моя память – мусорный ящик, – продолжала она, пытаясь обратить все в шутку. – Насколько я помню, то были просто формальные вопросы, проверяющие, имел ли Гэрес каких-нибудь особенных дружков или контакты в клубе.
– Что мы знаем о жизни Макконнела? – спросил Тони.
