Потом мужчина то ли что-то вспомнил, то ли просто решился. Неловко обняв одной рукой, аккуратно прижал меня к себе. Тяжелая ладонь со странной неуверенной осторожностью легла на макушку, медленно скользнула вниз к шее. Чужое, но какое-то удивительно близкое тепло большого и сильного существа окутывало, отгораживало от всех бед и страхов надежней, чем все иллюзии, вместе взятые.
– Тихо, девочка, все уже кончилось, – еле слышно прошептал он. – Не плачь, все хорошо, – и снова тяжелая ладонь бережно приглаживает мои буйные кудри, уже не так нервно, увереннее. Наверное, потому, что эта мягкая отеческая ласка оказала на меня удивительное исцеляющее воздействие, буйная истерика с хрипами и подвыванием перешла в тихий исступленный плач, а потом и он сошел на нет, сменившись редкими отчаянными всхлипами.
Не знаю, почему Разрушитель не спешил меня отодвигать, наверное, боялся второй серии, и потому терпеливо ждал, пока я возьму себя в руки. А на меня после эмоционального всплеска навалились слабость и полное безволие. Сейчас мне было настолько спокойно и уютно, что я просто не могла заставить себя отстраниться.
Сколько мы так простояли, и простояли бы еще, пока у мужчины не кончилось бы терпение, неизвестно, но зыбкий островок покоя был разрушен извне.
– Оставаться на своем месте, руки держать так, чтобы… Дагор?! – Незнакомый сильный мужской голос вклинился в окружающую тревожную тишину требовательной скороговоркой, но сорвался нешуточным удивлением, опознав Разрушителя: – Тайр Гневный, да что тут у тебя произошло?! – Голос приблизился, а я попыталась собрать остатки силы воли и отстраниться. Получилось плохо.
– По-моему, это очевидно. – Над головой раздался полный сарказма тихий хриплый голос. – Я напал на группу мирно прогуливающихся вооруженных наемников и жестоко убил их всех. Хотел еще цинично осквернить останки, но отвлекся.
– Я скорее поверю в это, чем в то, что какой-то идиот попытался совершить на тебя покушение, да еще среди дня в километре от Полуденного дворца, – бодро расхохотался незнакомец. – Девушку-то отпусти, ты ее и так небось напугал до полусмерти, – фыркнул он, чем мгновенно вызвал во мне глубокую неприязнь. Потому что Разрушитель действительно перестал меня обнимать. Хорошо хоть, не шарахнулся в сторону как от чумной! Продолжая аккуратно придерживать за плечо, слегка отстранился, приподнимая второй ладонью мою зареванную физиономию, дабы заглянуть в лицо.
– Лейла? Как ты? – мягко спросил Дагор, внимательно меня разглядывая. Как будто что-то искал, но, не находя, очень удивлялся.
– Спасибо, – хриплым от выплаканных слез голосом проговорила я, неуверенно и смущенно улыбаясь. Истерика прошла, и теперь мне было очень неловко перед этим мужчиной; странная тенденция, почему-то я плачу только в его присутствии. Даже при кровниках такого очень давно не случалось. Да что там – давно? С того злополучного портрета в газете! Интересно, можно ли считать, что те слезы были тоже пролиты рядом с ним? – Извини, я… не плакса на самом деле, честно, просто все как-то навалилось разом, – виновато пробормотала, потупившись. Взгляд уткнулся в мятую и совершенно мокрую рубашку и мои собственные стиснутые руки. Я попыталась ослабить хватку, но пальцы свело судорогой. – Дагор, прости, я… – всхлипнула я, чувствуя себя круглой дурой. – Я руки не могу разжать, – еле слышно выдохнула, боясь поднять взгляд.
Рядом кто-то жизнерадостно захохотал, но смех внезапно оборвался. Не удивлюсь, если причиной тому послужил тяжелый взгляд сыскаря. А Разрушитель, шумно и как-то обреченно вздохнув, аккуратно, без видимого напряжения разжал мои дрожащие побелевшие пальцы. После чего, совершенно меня шокировав, не отодвинул, а с той же легкостью подхватил на руки.
– Ренар, ты тут один справишься? – обратился Дагор к незнакомцу.
– Да, конечно. Только вот… – уже знакомым голосом ответил тот, кого я сейчас с недоумением разглядывала.
Это тоже был Разрушитель. Правда, значительно моложе Дагора, наверное, мой ровесник. Но два Разрушителя рядом на улицах Амариллики – это ровно на два больше, чем я встречала за предыдущие двадцать пять лет жизни! Точнее, мельком я их, конечно, видела, но чтобы вот так, вблизи, разговаривать…
Они были чем-то неуловимо похожи. Не только одеждой, – а Ренар тоже был в черном, – но общими повадками, сложением, аурой силы. Да и внимательный тяжелый взгляд был у обоих, даром что у младшего Разрушителя он странным образом сочетался со вполне искренней жизнерадостной улыбкой и… оптимизмом, что ли! Показалось, что этот парень здорово похож на Фрея: яркая легкомысленная оболочка, скрывающая стальной характер. Разумеется, со скидкой на пугающую силу Разрушителя.
Вот только удивленное, даже скорее шокированное выражение, появившееся на его лице, смотрелось очень странно и неуместно. Не только меня, оказывается, удивил поступок сыскаря.
– Я буду в Управлении, у себя, – оборвал его Дагор.
– А…
– И госпожа тоже, – поморщившись, заверил Зирц-ай-Реттер. – Я возьму один из ваших экипажей.
– Да, конечно, – не стал спорить младший.
