Как ни странно, но эта светящаяся гусеница помогла Люце почувствовать себя спокойнее. Он никогда не ходил по зачарованным лесам ночью, но сейчас у них не было выбора: Авертри стал магической столицей королевства именно потому, что был окружён ими. Здесь куда ни пойди – везде наткнёшься на лесных духов и нечисть. К счастью, пройдя сегодня ночью здесь, они продолжат свой путь по обычным дорогам, вплоть до самого зачарованного леса Сиан.
- Люце…
Кейне вдруг обернулся и пристально посмотрел на него, а потом, подойдя ближе, обнял, прижимая к себе. Вокруг по-прежнему раздавалось пугающее шуршание, смех русалок и уханье филинов, но все эти звуки для целителя словно исчезли, когда он услышал тихий проникновенный шёпот у самого уха:
- Не бойся ничего. Тебя никто не посмеет тронуть здесь, какой бы привлекательной ни была твоя душа и сила. Они знают, что я без колебания уничтожу их за малейшую попытку причинить тебе вред.
Люце улыбнулся и обнял Кейне в ответ, на мгновение позволив себе забыть о пугающем ночном лесе.
Вскоре, гораздо раньше, чем сам целитель ожидал, они вышли на разбитую просёлочную дорогу, поросшую по середине чахлой травой. Каждый шаг поднимал с сухой земли облачка пыли, которая оседала на ботинках и оставляла за путниками недолгий, едва заметный след. По левую сторону по-прежнему тянулся зачарованный лес, а справа раскинулось поле пшеницы, которая важно качала налитыми колосьями в такт порывам ветра, расходившегося по полю широкими волнами.
- Сейчас будет перекрёсток, - неожиданно заговорил Кейне, - не уверен, что мы её там встретим, но на всякий случай: ни в коем случае не говори с этой женщиной! Если захочешь что-нибудь спросить, то сначала скажи это мне, а я передам ей. Только так. Поверь, если ты заговоришь с ней, у нас обоих будут серьёзные проблемы.
В голосе некроманта слышалось напряжение. Было удивительно, что после зачарованного леса он переживал из-за какой-то женщины, но…
«Что я знаю о перекрёстках? Точнее, какие существа женского пола там водятся? - задался вопросом Люце. - Низшие ведьмы? Но они приходят туда только ради обрядов, едва ли стоит их бояться…»
Впереди показалось пересечение четырёх пустынных дорог. В такой поздний час некромант и его любовник были единственными путниками. Луна ярко освещала всё вокруг, и в её свете Люце увидел, что далеко впереди, по углам образованного дорогами креста, стоят какие-то столбы. Ещё через пару минут он сумел разглядеть, что именно представляли собой эти столбы и, ахнув, зажал себе рот рукой: это были Т-образные виселицы. И, похоже, они не пустовали...
Неизвестно откуда на дорогу вышла женщина: Люце готов был поклясться, что она просто материализовалась из воздуха. Уверенным, неторопливым шагом она подошла к одной из виселиц, и, без малейшей брезгливости протянув руку, схватила казнённого за ногу. Раздался надсадный, потусторонний вой, пробирающий до костей. Сердце Люце сжалось от страха и он остановился, не находя в себе сил идти дальше. Он о таком никогда не слышал, уж тем более даже не представлял, что такое существует. Сила внутри целителя кружилась стремительными вихрями, откликаясь на что-то, чего сам Люце понять не мог. Грудь сдавило, воздух почти перестал поступать, и парень судорожно царапнул пальцами плотную ткань плаща, силясь хоть как-то себе помочь…
Прикосновение Кейне, которого он почти не почувствовал, обрушило на него тишину и безмятежность, весь мир в одно мгновение вернулся в норму, и некромант, сжав губы, сделал Люце знак не отставать. На вид Кейне казался безмятежным, но расширенные зрачки в разноцветных глазах выдавали его смятение и напряжение. Тем не менее, они продолжали идти вперёд, прямо к выстроившимся в ряд виселицам…
А странная женщина, не обращая на них никакого внимания, тем временем, потянув конечность одного из трупов на себя, резко её дёрнула. От тела отделилось бело-серебристое облачко тумана, достаточно плотное, чтобы легко рассмотреть его в лунном свете. Оно как-то странно пульсировало, словно дышало, и неторопливо, вдумчиво кружилось вокруг виселицы.
- Доброй ночи тебе, Проводница, - совершенно будничным голосом поприветствовал Кейне женщину, когда они подошли достаточно близко.
Она была довольно молода и практически красива, если не считать того ледяного холода, который исходил из каждой её черты: из густо накрашенных глаз, серо-белых волос и снежной, совершенно фарфоровой кожи. Одета она была просто: в глухое длинное платье и чёрную высокую шляпу, больше подходящую, пожалуй, мужчине. На лице её была усталость, но, тем не менее, улыбка, обращённая к некроманту, оказалась искренней и тёплой.
- Доброй ночи и тебе, сын Смерти. И тебе, сын Творца.
Люце, вовремя вспомнив наставления Кейне, лишь кивнул, хотя у него с языка едва не сорвался вопрос: «сын Творца?..»
- Что гонит вас прочь из столицы магов, превращая в ночных путников? – продолжила женщина.
Кейне остановился, показывая тем самым, что собирается уделить ей некоторое время.
- Мы ищем способ обойти Испытание. Может, ты слышала что-нибудь об этом?
