— Товарищи офицеры, обстановка изменилась. Ваша группа вылетает в Ливию послезавтра ночным рейсом «Аэрофлота». Сейчас выезжаете на вещевые склады получать гражданскую одежду. Завтра прием в ЦК КПСС — напутствие перед дальней дорогой. Времени, как видите, в обрез, так что вперед и в темпе. Встретимся завтра утром у гостиницы «Россия». Ночуете все здесь, при Генштабе есть своя приличная гостиница.
Центральные вещевые склады Министерства обороны — множество неприметных одноэтажных кирпичных зданий в Сокольниках. Группа офицеров, преодолев проходную, вошла в один из складов. Навстречу вышел седой пожилой человек:
— Товарищи офицеры, прошу внимания… На свой вкус выбираете себе комплект одежды и обуви. Все костюмы, рубашки, туфли — импортного производства. Примеряйте не торопясь, учитывая, что возможности обменять выбранный комплект у вас не будет.
Вдоль стен стояли шкафы, в которых на плечиках висели костюмы, рубашки, куртки. На стеллажах в коробках располагалась обувь.
Сергей примерил понравившийся ему серый костюм французского производства, синюю пакистанскую куртку-ветровку и темно-коричневые югославские туфли. Еще пара рубашек, галстук… пожалуй, все: достаточно, укомплектован по полной программе. Они с Машановым подписали необходимые документы и вышли на улицу. Стоял зимний вечер, небольшая сизая дымка опустилась на город, воздух был влажен, насыщен запахами деревьев.
— Надо позвонить домой, сообщить, что завтра улетаем, — на ходу обращаясь к Ивану, сказал Сергей. — Ты женат, Ваня?
— Да, жену Валентиной зовут. Она учительница. Сыну Александру двенадцать лет. А ты?
— И я женат. Жена Таня, сын Андрей — пяти лет. Приедут, познакомятся и, может, подружатся.
— Моя если и приедет, то одна, без сына, школы нет в Ливии, Сайгин говорил.
— Да, ситуация…
На метро добрались до ближайшего пункта междугородной телефонной связи.
Сергей, войдя в кабину, плотно закрыл за собой стеклянную дверь. Опустив несколько пятнадцатикопеечных монет в узкую прорезь телефона-автомата, набрал код города и домашний телефон… Ждать ответа долго не пришлось.
— Привет, малыш, это я, как вы там?
— Привет, привет иностранцам… Ты откуда?
— Из Москвы, завтра ночью улетаем в Ливию.
— Уже завтра? Так быстро…
Они говорили минут тридцать. Сергей расспрашивал о сыне, Таня напоминала, чтоб написал, как только доберется до места назначения..
Трубку у мамы вырвал из рук Андрей:
— Папка, ты уже из Африки? Верблюдов и львов видел?
— Нет, сын, завтра буду в Африке, как только встречу льва, сразу сфотографируюсь вместе с ним и тебе фотку пришлю… Ну все, пока, пока, целую и обнимаю.
Выйдя из кабинки, Мартынов спросил у Ивана:
— Ну что, переговорил со своими домочадцами?
— Переговорил, все нормально. Пожелали ни пуха, ни пера. Давай зайдем в гастроном, возьмем перекусить, пивка маленько, а то, сам знаешь, там у них сухой закон в Ливии, про спиртное придется на долгое время забыть.
Добравшись до гостиницы, они разместились вдвоем в номере. Номер люкс: холл, две комнаты, мягкая новая мебель, холодильник, бар, телевизор. Ванная комната удивляла блестящей стерильной чистотой.
— Да я так никогда не жил, — сказал Иван, прохаживаясь по мягкому ковру. — Сборно-щитовые домишки в дивизионах. Маленькие комнаты, служебная мебель с инвентарными номерами на стенках. Удобств никаких, все на улице… Дрова, уголь… привозная по графику вода. Постоянно простуженный, кашляющий ребенок. Школа за десять километров от городка. Баня один раз в десять дней. Моих бы сюда, Валентину с Сашкой. Пожить вместе месяц-другой, чтобы людьми себе почувствовали. Эх…
— Да, Ваня, за что боролись, как говорится, на то и напоролись, — сочувственно произнес Сергей. Я тоже только в прошлом году первую квартиру получил в городе, а то все общежития, съемные квартиры. Не будем об этом. Христос терпел и нам велел. Давай ужинать и спать, поздно уже. Завтра такой день ответственный — прием в ЦК КПСС.
— Так давай, давай, наливай, однако, — в тон Сергею воскликнул Иван.
— Слушай, Иван, а ты откуда родом?
— Я из Забайкалья. Улан-Удэ — слышал про такой город?
— Вот дела… А я слышу знакомый говор. Однако… полста рублей… Ваня, я в Улан-Удэ отпахал мастером на заводе вагоноремонтном после окончания института.
— Серьезно?
За ужином друзья разговорились, вспоминали памятные места Забайкалья. Омуль с душком, позы из баранины, бурятский чай, свежезамороженная рыба расколотка, трескучие за 40 °C морозы. Красота!!! Проговорив далеко за полночь, не успели заснуть, как их разбудил назойливый звонок будильника: шесть утра.
