— Успеете, — ответил водитель такси и, чтобы отвлечься от грустных мыслей, включил радиоприемник. Из динамиков полилась ритмичная музыка «Слэйд».
Минут через сорок такси подкатило к аэропорту. Расплатившись с водителем, Сергей и Иван подошли к стеклянным дверям. Те автоматически бесшумно открылись, пропуская обоих внутрь. Почти вся группа была в сборе — коллеги стояли за столиками, заполняли таможенные декларации. Многих провожали родственники, давали последние напутствия.
Сергей заполнил таможенную декларацию и вышел покурить на улицу. Снег перестал кружить. Ветер усилился, началась поземка. На небе выглянули звезды-светлячки.
— Все будет нормально, — произнес вслух Сергей, затянувшись, и пошел на посадку в самолет.
Пройдя таможенный контроль, они с Иваном присели на высокие мягкие стульчики буфета.
— Давай, Ваня, на посошок беленькой по полста граммов закажем.
— Я не против. Можно заказать и поболее. Лететь долго, почти пять часов, выветрится русский дух, над морем Средиземным пролетая…
Чокнувшись длинными узкими стаканами, они залпом выпили водку, закусили мандаринами, которые положил Андрейка отцу в сумку. Услышав объявление о посадке, прошли через переходную галерею-гофру в салон самолета. Сергей занял место в кресле в конце салона. Там было удобно сидеть — ноги не упирались в кресло, стоящее впереди. Салон был полон иностранцев. В основном это были чернокожие, летевшие дальше по маршруту, в Анголу. ТУ-154, усилив обороты работающих двигателей, вырулил на взлетно-посадочную полосу и, постояв некоторое время, начал стремительный разбег. Мартынов почувствовал, как его тело вжалось в спинку кресла, он посмотрел в иллюминатор и понял, что колеса воздушного лайнера оторвались от полосы. Как только бортпроводницы разрешили отстегнуть ремни безопасности, чернокожие пассажиры дружно задымили сигаретами, повытаскивали из кейсов бутылки с водкой и коньяком и начали прямо из горлышек тянуть крепкую жидкость. Салон наполнился едким дымом и запахом алкоголя. Мартынов обратил внимание на девушку в черном кожаном костюме, плотно облегающем ее полноватую фигуру. Ярко-крашенная блондинка летела в компании двух чернокожих парней. Губы накрашены красной помадой, лицо покрыто угрями. Она беспрестанно курила, жевала резинку и потягивала из бутылки дорогой коньяк. Один из ее друзей вытащил из сумки магнитофон, водрузил его себе на плечо и, вдев в уши наушники, стал раскачиваться в такт музыки.
По мере того, как пустели бутылки со спиртными напитками, голова негра клонилась все ниже и ниже к полу, но ему каким-то чудом удавалось удерживать магнитофон на плече. Но вот он, окончательно потеряв контроль над собой, выпустил его из руки. Магнитофон упал на пол, колонки отстегнулись и разлетелись в разные стороны.
Стюардесса ногой отодвинула их с прохода, собрала пустые бутылки и, качая головой, произнесла:
— Нажрутся словно свиньи, а приходится терпеть — сервис…
— Какие-то проблемы? — с вызовом смотря стюардессе в глаза, на русском языке сказала до сих пор молчавшая белокурая попутчица окончательно провалившегося в объятия Морфея чернокожего парня.
Ничего не ответив блондинке, стюардесса унесла пустую тару в служебное помещение.
Через два часа полета самолет стал снижаться. Стюардесса объявила, что лайнер делает посадку в аэропорту столицы Австрии Вене. К трапу подкатил желтый автобус, сонные пассажиры заняли в нем места, и тот отвез их к зданию аэровокзала. В Вене, в отличие от Москвы, было довольно тепло. Окна в аэропорту были мокрые — моросил мелкий дождик…
Внутри здания вдоль стен располагались многочисленные киоски, торгующие всевозможными радиоэлектронными товарами, сувенирами, табачными изделиями и алкоголем.
Мартынов нащупал в кармане тридцать советских рублей, разрешенных к провозу через государственную границу: «Да, рубль не валюта, не больно разгуляешься, господин офицер».
Обойдя весь зал ожидания, Сергей посмотрел наверх, ему показалось, что кто-то за ним внимательно наблюдает. Предчувствие его не обмануло. На втором этаже, держась за пластмассовые перила, стоял высокий блондин в белом до пят плаще. Он смотрел сверху вниз на Мартынова, жуя жевательную резинку, атрибут западной цивилизации.
Заметив, что Сергей тоже смотрит на него, тот усмехнулся и сделал характерный жест рукой, показав Мартынову средний палец кисти…
В ответ Сергей вытянул руку вперед, направил на незнакомца, и, изображая, что держит в ней пистолет, указательным пальцем нажал на спусковой крючок.
— Один ноль, — услышал Сергей и, обернувшись, увидел подошедшего к нему сзади Ивана Машанова. — Что за гусь?
— А Бог его знает, Ваня, — ответил Сергей, пристально смотря в глаза человеку в белом плаще.
Тот, постояв некоторое время на втором этаже, произнес какую-то фразу на французском языке и, резко повернувшись, исчез из поля зрения друзей.
В этот момент приятный женский голос объявил посадку на рейс «Вена — Триполи — Луанда». Пассажиры поспешили занять места в салоне самолета.
