Песок под солнцем (СИ) полностью

— Зачем? Если цивилизация людей все-таки рухнет, пусть хоть кошраты что-нибудь сохранят. Это я тебе мысль Миха пересказываю. Давнишную. Мы еще с месяц назад говорили с ним об этом. Правда, не знала, что кто-то из кошратов ждет не дождется такого завершения миссии.

Мы добрались до нашего домика. Нет, правильнее теперь — до домика родителей.

— Хорошо, будем считать, что маленькая тайна нашей семьи оказалась не такой уж и страшной.

— Нет. Это маленькая тайна вашей семьи, а не нашей. И не столь уж безобидная: вам самим душно в описанном тобой будущем. Потому ма и ворчит часто последнее время. О! Печенье!

— Голодные хвосты пожаловали? — голос мамы в волне упоительных запахов доносится из кухни, — Или не голодные? Что-то долго шли.

Сижу в кресле, жмурюсь от ароматов, утягивающих в воспоминания, болтаем ни о чем. Печенье, чай, сладости...

— Рафа, с мамой что-то случилось!

— Мих? Что с ней?

— Не знаю. Говорят, она меня искала, но ни ее комм, ни квартирный не отвечают. Я еду в город.

— Мих, может... может, стоит мне съездить?

— Не надо, я сам. Все будет нормально, Рафа, только загляну домой и сразу вернусь.

Печенье утрачивает вкус и застревает в горле. Очарование домашнего завтрака испарилось, хочется куда-то бежать, что-то делать. Но молчу, изображаю мирную расслабленность, и быстро говорю с Багиром.

— ...нам планируют затянуть регистрацию. Я посмотрел в документах — могут, до месяца.

— Но зачем это людям?

— Успеть сделать какую-нибудь пакость, это понятно. Какую именно — не знаю пока.

— Стоит предупредить Теодрана, ведь теперь это не только наш личный интерес, но и дело клана. Пусть наших аналитиков подключит, что ли.

— Я как раз к нему иду.

— Ты умница.

— Дочка, ты сегодня печенье не берешь. Невкусное получилось?

— Вкусное, мам. Очень. Я просто задумалась.

— Ну ладно. А то я забеспокоилась, не пора ли мне внуков ждать.

— Нет, пока не планирую.

— Вот как? Странно как-то не планируешь. Ты ведь не установила противозачаточный имплантат.

— Так я же с Михом. От него мне хоть как не светит.

— Жалеешь?

— Сама пока не поняла. Сейчас — слишком много всего происходит. А вообще... не знаю.

— Но ведь у тебя есть еще один муж.

— С Багиром я была однажды. Не предохранялась, но обошлось.

— Один раз? — мама всплеснула руками, заглянула в глаза. — И... уже после того, как принесла клятву слияния Михаилу?

— Мам, я не стану отвечать на этот вопрос. Сама догадаешься?

— То есть все-таки ты нас обманывала... — огорчилась она. Вздыхаю:

— Ты же знаешь — с момента слияния контроль родителей заканчивается. И знаешь, почему.

— Да, на верхних уровнях слияния интересы партнера приоритетны... а у вас дуата.

Мама задумалась, вертя в руках не надкушенное печенье. Надо бы успокоить, сказать, что я не собираюсь их забывать. Но ведь не поверит. Со временем, разве что.

— Рафа, где Мих?

Голос Багира взволнованный, нервный. Я мгновенно, ни слова не говоря, ныряю в транс слияния.

— Вот ваш билет.

— Спасибо.

— Мих? Ты на пристани? Погоди, тебя Багир спрашивал.

— А почему он через тебя спрашивает?

— Не знаю...

— Потому что ты сразу не откликнулся.

— Наверное, в очереди к кассе толкался, не услышал вызова. А что случилось?

— Тебе нельзя ехать. Роман по приходу парома ловушку организует. Несколько крепких ребят, кляп в рот, укол "огонька" и пару девиц под тебя.

— От нифига себе. А это еще с чего?

— Как я понял, посольство боится потери контроля над вами и совместным предприятием. А два браслета — три четверти дохода. Основание шантажа и удобный способ легально контролировать все банковские операции.

— И что мне сейчас с этим делать?

— Сейчас? Быстро на виллу. Хорошо, на паром еще не сел.

— А как же мама? Я не знаю, что с ней.