Вдвоём они осторожно погрузили Ивайра в капсулу; Чьяна, не смотря на протесты Анны, обработала её ссадины, прилепила пластыри, стёрла кровь. Анна показала ей, как пользоваться распылителем, и та ушла. Не было её довольно долго; Анна успела задремать. Гиссар тоже был в кровоподтёках, но, увидев Анну, не смог скрыть неприязни, и это Анну покоробило. На Ивайра он старался не смотреть, но вёл себя смирно. Чьяна выглядела грустной, но решительной. У Анны просто не было сил замечать эти нюансы, так ей было худо. В полёте она несколько раз теряла сознание и снова приходила в себя — она ещё должна была доставить Ивайра в лабораторию, которая, как она надеялась, вылечит его, как и в прошлый раз.
Чьяна помогла ей добраться до лаборатории, когда они очутились на Грите, и погрузить Ивайра в капсулу.
— Механизм киборга может быть восстановлен лишь частично. — Сообщила лаборатория. — Живые ткани требуют медицинского вмешательства.
— Он не умрёт? — С надеждой спросила Анна.
— Мозг может быть сохранён. Прежнего совершенства механизма добиться будет невозможно.
— Мне всё равно. — Прошептала Анна. — Делай, что можешь.
— Ты так его любишь? — Спросила Чьяна.
— Он всё, что у меня есть. — Ответила Анна. — Мой дом, моя родина, моя семья, мой друг, моя…моё всё.
— Мне очень жаль. — Прошептала девушка. Анна не слышала.
Открыв ненадолго глаза, она увидела, что едет по коридору посольского уровня. Зажмурилась — потолок излучал яркий дневной свет. Снова открыв глаза, она увидела цветы ветра в своих апартаментах, и с облегчением закрыла их снова. Она была дома.
Проснувшись, она чувствовала себя намного лучше. Царапины не болели, опухоли сошли, жара не было.
— Ликаон, ты сокровище. — Прошептала она, не открывая глаз. — Сколько я спала?
— Тридцать стандартных часов и одну минуту. — Ответил Ликаон. Анна села.
— Кто-нибудь пытался меня увидеть?
— Только этот противный Гиссар. Он постоянно ломится к вам, ему плевать, что вы больны! Женщина-пеллианка Чьяна просила вас поговорить с нею, когда вы проснётесь.
— Гиссар подождёт, а с нею я поговорю. — Решила Анна. — Только сначала приму ванну и выпью спа. И поем. Пригласи её в «Хинаян», там, по-моему, можно будет её покормить. А Гиссар подождёт.
Искупавшись, она первым делом поехала на лабораторный уровень, посмотреть на Ивайра. Увидела только панель с его голографическим изображением: красным отмечены были повреждения в механизме, сизым — повреждения живых тканей. Две системы работали над Ивайром одновременно. Стремительно бежали символы на двойной шкале, медленно, но вырастающей яркими жёлто-зелёными и голубыми кубиками. Жёлто-зелёные заметно обгоняли голубые; первых уже была добрая четверть от положенного, вторых — едва ли шестая часть. Анна погладила матовую крышку камеры, сказала тихо:
— Я с тобой. — Решительно пошла прочь.
Чьяна ждала в коридоре, возле дверей в «Хинаян». Улыбнулась Анне немного смущённо:
— Ты сегодня получше.
— Спасибо. Где Гиссар?
— Внизу.
— Проходи. — Анна открыла для неё двери, пропустила вперёд.
— Ух, ты! — Восхитилась Чьяна, войдя внутрь. — Здорово. Внизу не так.
— Ещё ниже совсем иначе. — Анна села за столик. — Я немного нервничаю. Только что была внизу, у Ивайра.
— Мне очень жаль. — Чьяна покраснела, потупилась.
— Рассказывай. — Устало попросила Анна. — Всё, с самого начала. Зачем Гиссар полетел с нами? Чего он на самом деле хотел?
— А о чём вы договаривались? — Осторожно спросила Чьяна.
— Что мы найдём вам планету. Ничего больше.
— Я так и подумала намедни. — Нерешительно произнесла Чьяна. Андроид выяснил её биохимию и принёс меню. Чьяна пожала плечами:
— Мне всё равно. Принесите что-нибудь. Знаешь, я сожалею. Это ничего не меняет, но я сожалею. И остальные. Гиссар и нас обманул. Он не плохой! — Умоляюще посмотрела она на Анну. — Только.… В общем, он сказал, что мы найдём нам новую планету, а потом вернёмся на Пелл, за остальными, на вашем корабле. Что именно это вы нам и обещали.
Анна прикусила губу. Отвернулась. Чьяна испуганно смотрела на неё.
— Я не обещала этого. — Наконец сказала Анна. — Это придумал Гиссар, чтобы обмануть вас и заставить полететь с ним. — Присмотревшись к Чьяне, она спросила уже мягче:
— Что у тебя с ним?
Чьяна покраснела. Тоже прикусила губу, низко нагнула голову над тарелками с какими-то кусочками в зелёной подливке.
— У вас что-то есть?
— Было. — Сказала она. — Понимаешь…
— Понимаю. А Зиана?
— Она бросила его из-за меня. — Призналась Чьяна. — Я работала в её лаборатории, и он просил меня иногда кое-что узнавать для него. Я понимаю, кто он, правда. — Она выглядела совсем несчастной, говоря это. — Но мне его жаль. Сейчас он уверен, что ничего у него не вышло, и страдает. Он не умеет проигрывать, понимаешь.
