На самом деле их было не много на Пскеме. Некоторые уже были уничтожены кинтанианами, многие моря были слишком молодыми и отложений реликтовых моллюсков не имели; в океанах на большой глубине их вовсе не было. Так что работы Гриту было не много. Да и не входило в планы Ивайра уничтожать всё — на это ни времени не было, ни резона. Снизившись так, что стала хорошо видна поверхность планеты, каньоны, равнины, реки, нагромождения камней, разнородность почвы, скалы и плато, Грит описал плавную дугу вокруг экватора — мелкие тёплые моря, где когда-то в изобилии водились моллюски, ставшие основой пска, располагались в жарких широтах, — и выжег по пути впадины этих морей. Луч киборга сжигал всё, на несколько метров в глубину. Никакие органические соединения, даже самые стойкие микроорганизмы и бактерии, этого пала не переживали. Оставалась мёртвая, однородная по своему составу плешь; камни и породы, и те переплавлялись в необычайно жёсткие и хрупкие сплавы. Прежде, чем кинтаниане решились на атаку, Грит повернул в космос, миновал орбиту энергетиков и, отойдя на достаточное расстояние, начал создавать зону перехода.
— Считайте это гуманитарной помощью. — Пробормотал Ивайр, наблюдая за отчаянными манёврами кинтаниан. — Хотя дела сейчас заварятся нешуточные.
Анна с белой завистью наблюдала за тем, как работает в лаборатории лорд Ош. Он, оказывается, был совершенством практически во всём! Надев на пальцы контакты, он уселся перед мониторами, уложив Орина в реанимационную камеру, и пропал в виртуальности: как образцовый хакер, он больше ничего не видел и не слышал. Беззвучно шевеля губами, он вёл беседу с архивами и программными файлами; довольно быстро во всём разобравшись, он уверенно начал работать с реанимационной программой. Лаборатория заговорила с ним, сообщая о состоянии пациента, характере повреждений, прогнозах и рекомендациях. На мониторах мелькали схемы, таблицы и столбцы символов, так быстро, что казалось — просто нереально их читать, но Ош прекрасно понимал, о чём там речь, потому, что соглашался, или возражал, или предлагал подумать и проверить ещё. Он беседовал с лабораторией, как с живым существом, партнёром, и, наверное, для него это так и было.
— Без переливания не обойтись? — Поинтересовался Ош наконец.
— Интоксикация слишком серьёзна. Наличествует непереносимость наркотических веществ и аллергия на пскемскую соль.
— Если переливания не сделать? Очистить кровь обычным путём?
— Слишком поздно. Процесс необратим.
— Кровь такой группы есть у тебя в банке?
— Нет.
— Мне кажется… — Нерешительно произнесла Анна, — если я права, конечно, мне кажется, что моя кровь должна подойти.
Ош кивнул. Он заметил сходство, и уже ничему не удивлялся. Рокел тоже, наконец, сообразил, что к чему, и просто помог Анне сделать пробу крови. Все трое уже были уверены, что это просто формальность. Кровь подошла, и переливание было сделано. Анна чувствовала одновременно и боль, и радость. Боль от того, что всё, что они предполагали с Ивайром, оказалось правдой; радость от того, что она оказалась не одна в этом мире. Был ещё кто-то, такой же, как она, близкий ей по крови, а может, и по духу?..
Дождавшись благоприятного диагноза от лаборатории, Ош снял контакты и встал со своего места.
— Теперь я должен вернуться. — Сказал он. — Я совершил преступление, и должен объясниться.
— Боюсь, что не получится. — Покачала Анна головой. — Думаю, Грит уже в гипере. Я научилась чувствовать разницу.
— Кто же дал ему команду, когда вы — здесь?
— Я не командую этим кораблём.
— Кто?
— Кайл Ивайр. Я полагала, что это очевидно.
— Вот как! — По лицу Оша эмоций было не видно, но Анна чувствовала, что он поражён. Избегая дальнейших объяснений, и чувствуя огромную усталость, она поспешно предложила ему и Рокелу во-первых, считать себя гостями на Грите, а во-вторых, подняться на посольский уровень и отдохнуть. Они не возражали.
Ивайр уже ждал их наверху, у лифта. Спросил про Орина, пригласил гостей выбрать себе апартаменты по вкусу. Ош согласился на любые; скрылся в первых попавшихся апартаментах для кинтаниан. Рокел оказался любопытнее: посмотрел несколько, выбрал первые, вернулся туда и тоже остался там один. Анна и Ивайр остались в коридоре.
— Что мы будем делать с ними, Ив? — Спросила Анна с тревогой.
— Нам нужны союзники. — Ответил тот. — Мы сами не можем иметь дело с Шитахой, ни ты, ни я. Это вариант, и один из лучших.
— А если они не захотят?
— Думаю, вариантов у них не много. Этот лорд сделал такое, за что его не просто разжалуют — сошлют на какой-нибудь тюремный терминал.
— Но что он сделал?! — Искренне поразилась Анна. — Он вёл себя, как герой, он спас людей с Пскема, убил столько мутантов, вытащил Орина…
— Он, во-первых, допустил гибель других офицеров; во-вторых, пожертвовал благом Кинтаны ради родственника; в-третьих, он скрывал очень долгое время, что лорд Орин — на самом деле мероканец, двойник Хозяина Лиги. В сущности, он полетел на Грит с нами только ради того, чтобы спасти его от самих кинтаниан. Понимаешь?
— Нет.
