Пьесы полностью

По авансцене бежит ликующая Маша и с разбегу налетает на идущего  О л е г а.

О л е г (он очень рад). Маша! Наконец-то!

М а ш а. Ой, Олег, я совсем, совсем забыла! Ты же меня вызывал!

О л е г (удивленно). Вызывал?

М а ш а (не слушая его). Ой, как стучит сердце, ой, как стучит, проклятое!

О л е г (заботливо). Не надо так бегать, Машенька!

М а ш а. Это не от бега, это не от бега!..

О л е г. Да что с тобой, Маша? Ты какая-то сегодня необыкновенная! У тебя, наверное, большая радость? Маша, моя Ромашка!

Маша смеется, закидывая голову назад.

У тебя даже все светится! Глаза, волосы, лицо… Ты еще красивее стала, Маша!

М а ш а. Ой, Олег! Ой, Олег! Ты мне очень нужен!

О л е г. Что, милая?!

М а ш а (серьезно). Скажи мне, комсорг, скажи, что такое счастье?

О л е г. Счастье, Маша, — это… способность быть счастливым.

М а ш а. В точку, Олег! Прямо в точку! Способность… Я способная! Я все поняла! Он ведь на меня все фыркал, фыркал, будто злился. А я, дура, даже обижалась на него. А теперь я поняла, поняла! Так любят, когда стесняются, даже грубые бывают, правда ж? А он…

О л е г (с тревогой). Кто… он?

М а ш а (удивляясь непонятливости Олега). Фу, господи! Да Иртыш же, Иртыш! (Нежно.) Рома… (Осеклась.) Что с тобой, Олег?

О л е г. Так… (Хрипло.) Ничего… (Уходит.)

М а ш а (одна, растерянна). Неужели он тоже влюбился? (Решительно.) Нет. Он же комсорг! (Радостно.) Рома! Ой, зачем же я от него убежала? Дура какая-то! (Убегает.)

Освещены березки справа. Стоят друг перед другом  И р т ы ш  и  Л ю б к а.

И р т ы ш. Все же пришла!

Л ю б к а. Пришла.

И р т ы ш. Все же решила?

Л ю б к а. Да.

И р т ы ш. Насовсем?

Л ю б к а. Да.

Поцелуй. Иртыш бросает свой пиджак под березу. Оба садятся.

И р т ы ш. Все наше, Люба! Этот лес, озеро, земля!

Л ю б к а (смеясь). Небо!

И р т ы ш. Любка-а-а!

Поцелуй.

М а ш а (из-за березы. Она все увидела, кричит, не помня себя). Не надо-о!

Любка и Иртыш испуганно вскакивают.

И р т ы ш (увидев Машу). Фу, черт! Напугала. (Любке.) Люба, это ж Маша.

Л ю б к а (смотрит на Машу). Маша, что с тобой, Маша?

М а ш а (не отвечая и не глядя на Любку, смотрит неотрывно на Иртыша). Как же так?.. Рома… Как же так? Ведь только что ты меня… меня целовал… Меня-а! (Она резко повернулась, уткнулась, как матери, Любке в плечо и зарыдала.)

Л ю б к а (обняв Машу, смотрит на Иртыша). Подойди к нам… Рома.

И р т ы ш. Люба, что ты хочешь?

Л ю б к а. А ты подойди, подойди, Ромочка! Прошу.

И р т ы ш. Пожалуйста. (Шагнул к ней.)

Л ю б к а (с болью). Рома… (Дает ему пощечину.)

М а ш а (Любке). Не надо! (Кричит.) Не надо! (Убегает.)

И р т ы ш. За что, Люба? Это же недоразумение.

Л ю б к а. Недоразумение… Мне ведь, Рома, на свои глаза свидетелей не надо.

И р т ы ш. Машка? Так это же чепуха!

Л ю б к а. Машка — человек! Она как капля росы. Ты же видел, ты же знал, что она любит тебя. А ты… поманил ее от нечего делать. Для чего? Тебя ведь и так любят. Залюбили тебя! А тебе все мало! Ты это сделал играючись? Или для того, чтобы досадить своему противнику — Олегу… Я думала, что он завидует тебе. Нет. Это ты ему завидуешь. Завидуешь ему как человеку. Ты знал, что Олег любит Машу. Значит, ты одним своим каблуком сразу два сердца… Как же после этого я могу тебя любить? Или «любимый ни в чем не виноват»? Нет, Рома, нет!

И р т ы ш. Люба, не решай сразу, Люба, подумай!

Л ю б к а (зябко передернула плечами, смерила взглядом Иртыша, улыбнулась и запела, уходя).

Вместе с затихшей в березах песней Любки исчезла луна, и по небу пошли черные тучи, а березки зашумели от налетевшего вдруг ветра.

И р т ы ш (все еще стоит и смотрит Любке вслед). Ну и к черту все! К дьяволу!

В березах блеснул луч электрического фонаря. Появляется  Д у м а.

Д у м а. Иртышев? Фу, черт, еле нашел! И куда вы все разбрелись?

И р т ы ш (вяло). Что еще случилось?