Пьесы полностью

Л е н я. Мы будем, но какими — сказать затрудняемся.

И р т ы ш. Они наконец напишут новую музыку на новые слова.

Смех.

М а ш а. А каким будешь ты, Иртыш?

О л е г (из глубины). Да, Роман Иртышев, ответь — каким будешь ты?

С м о л к а. О, Олег! Смотрите! Где ты был, Олег? Спал?

О л е г. Нет. (Иртышу, строго.) Ну, так ответь же, Роман, каким ты будешь?

И р т ы ш (улыбаясь). А таким же, как есть.

С м о л к а. Ого! В переводе на русский это значит, что наш бригадир уже сейчас человек будущего.

О л е г. Он пусть сначала станет человеком настоящего!

М а ш а. Ой, что это ты, Олег? У тебя лицо белое!

И р т ы ш (вставая, Олегу). Вот что, комсорг. Мы, конечно, отдохнули, а ты… поспи свой час… (Приказывает.) Остальным — работать!

О л е г (Иртышу). Как?!

И р т ы ш. Что — как?

О л е г. Как, спрашиваю, работать? Так, как ты?

И р т ы ш. Слушай, комсорг, перестань темнить. Здесь почти вся бригада. Говори прямо, чего ты хочешь?

О л е г (волнуясь). Я не верил своим глазам… Сомневался, самому себе не верил! Потому что этого не должно быть у нас… Но я дважды проверял, дважды! (Иртышу.) Восемнадцать часов твоей «героической» работы по сварке паропровода — брак! Когда домна пойдет, сваренные тобой швы под давлением разойдутся! Кто у тебя принимал работу?

И р т ы ш. Настоящие люди мне верят на совесть.

О л е г. Значит, никто не принимал? Я так и думал. Совесть? А где же она, твоя совесть, Роман Иртышев? Где рабочая совесть?

И р т ы ш. Замолчи, Олег! Я ударю тебя!

О л е г. А я тебя!

М а ш а. Ой!

Л о м о н о с. Ребята, ребята, тихо, так? (Становится между ними.)

И р т ы ш (всем). Он лжет! Он клевещет на меня, потому что завидует мне. Раньше я это только предполагал, Теперь вижу, что так и есть.

С м о л к а. Товарищи, но ведь это же легко проверить. Пойдемте сейчас все вместе…

И р т ы ш. Нет! Я предлагаю не ревизией заниматься, а продолжать работать. Мы и так много времени потеряли. За свою работу я отвечаю сам!

О л е г. Мы все отвечаем!

С м о л к а. Один за всех, все за одного! В этом суть жизни бригады. Наш закон, Иртыш!

И р т ы ш. Вера в человека — наш закон!

П е т я. Так вы ж оба человеки!

Л е н я. Кому же верить, тебе или ему?

И р т ы ш. Одному или другому!

С м о л к а. Но Олег же говорит…

И р т ы ш. А я говорю, что там полный порядок! Приказываю: начинай работу! Мы дали слово…

О л е г. Работать честно!

И р т ы ш (Олегу в лицо). Ненавижу тебя, такого честного, гладенького, без сучка и задоринки! Такого не бывает! Такого и тебя нет. (Хриплым голосом.) Я ставлю вопрос о доверии мне.

Л о м о н о с. Мы тебе верим, Иртыш!

О л е г. Я — нет!

И р т ы ш. Знаю. (Ко всем.) А вы?

С м о л к а. Ну, Иртыш, почему ты не хочешь? Надо же установить истину… Или ты боишься?

И р т ы ш. Я ничего не боюсь! Я хочу, чтобы мне верили!

П е т я (горячо). Ну как же, как же, что за чепуха?.

Л о м о н о с. Ну, Иртыш, будь ты человеком, так?

И р т ы ш (обвел всех строгим взглядом). Все! Продолжайте без меня! (Уходит.)

Л о м о н о с (кричит вслед). Иртыш! Почему ты?!..

М а ш а. Он ушел? Совсем?

С м о л к а. Неужели он правды испугался?

О л е г (жестко). От правды и бежит.

П е т я. Что происходит? Я отказываюсь понимать.

Л е н я. Невероятно! Но факт!

Л о м о н о с. Не-ет! Это еще не факт. А как же тогда мне, так? Нет. Я не могу с этим примириться. Пусть он мне скажет в лицо, так? (Убегает.)

М а ш а. Эх, вы! «Все за одного»! (Олегу.) А ты, комсорг! Ты завистливый человек, Олег!

О л е г. Маша, пойми, я иначе не мог.

М а ш а. Не уважаю тебя больше, не люблю! (Рыдая, кричит.) Иртыш! Рома!.. (Убегает.)

Все молчат. Олег опускается на землю, облокачиваясь на трубу. Входит  Л о м о н о с. У него под глазом синяк.

Л о м о н о с. Хотел… так? Думал, что мне-то он скажет… А он… (Садится.)

С м о л к а. Что это у тебя под глазом?

Л о м о н о с. Когда бежал за ним, так?.. Об трубу, так?

Л е н я. Та-ак…

П е т я (невесело). Об трубу, трубой по трубе…

Ломонос хватает бутылку с водкой, хочет пить.

О л е г (вырывая у него бутылку). А ты иначе не можешь переживать, Вадим?

Л о м о н о с (кричит в отчаянии). А как? А что? (Двигает своими огромными руками.)

О л е г. Во-первых, так! (Разбивает бутылку о стену.) А во-вторых, нас пятеро. Восемнадцать делим на пять — три, три с половиной. Значит, восемнадцатичасовую работу Иртыша мы исправим за три часа!

С м о л к а. Верная арифметика! Каждый из нас — капля, вместе мы — океан!

Л е н я. А как же рекорд Иртыша? В газете он один обозначен?

П е т я. «Сочтемся славою, ведь мы свои же люди!»

Л е н я. Смотри, Петя, ты стал лучше писать.

Смех.