Пьесы полностью

Э л ь з а. Катись… знаешь куда! Лицемер.

Т а а в е т. У пьяного человека язык — враг его…

Ю л и у с. Миленько вы живете!

Э л ь з а. Как ты посмел, Юлиус? Кто дал тебе право? Кто? Кто?

Ю л и у с. Совесть. Нельзя, чтобы урожай…

Э л ь з а. Ишь раскаркался — «урожай» да «урожай»… Увидишь ты меня завтра на поле! Как бы не так! К черту!

Т а а в е т (мысли его где-то далеко; машинально). Черта призывать не следует…

Ю л и у с. Можешь не являться. Обе мои дочки пришли на воскресенье домой — обещали завтра поработать. Ну что ж! Тогда — до свидания!

Э л ь з а. Стой! Никуда не уйдешь! Будешь моим гостем!

Ю л и у с. Не мели чепуху… Так до завтра!

Э л ь з а. Стой, говорю!

Ю л и у с. Я на войне был. Меня силой не остановишь. (Уходит.)

Т а а в е т. Пусть идет. Разве удержишь!

Э л ь з а. Останется как миленький! (Бежит во двор.)

Оттуда раздается вдруг дикий вопль — Эльза зовет на помощь. И сразу же она появляется в комнате, корчась от смеха; следом за ней идет растерянный Юлиус.

Ю л и у с. Кто тебе что сделал? Сумасшедшая…

Т а а в е т. У меня с перепугу все поджилки трясутся.

Э л ь з а. Мой двор. Хочу — кричу сколько душе угодно. Что же ты не ушел? Иди, иди…

Ю л и у с. Тьфу! Видал я на своем веку стерв, но таких, как ты… Надо же так напугать человека!

Э л ь з а (приносит большой стакан водки и тарелку с закусками). На, выпей за мое здоровье! Не то еще, чего доброго, заболеешь со страху… бюллетень понадобится. Ну, пей, пей, сатана!

Юлиус осушает стакан.

Так. Теперь закуси. А теперь садись. Рассказывай. Садись, говорю!

Ю л и у с. Дьявол, а не баба… (Садится.) О чем нам с тобой говорить?

Э л ь з а. Неужто нечего рассказать? Большой человек, бригадир, председатель ревизионной комиссии!

Ю л и у с. Вот привязалась!

Э л ь з а. А с чего мне к тебе привязываться…

Ю л и у с. Ладно, поговорим. На собрании кое-что осталось неясным. Скажи-ка, Эльза, чем ты кормишь свою скотину? Я тут подсчитал — у тебя одного сена в год…

Э л ь з а. Взял да и подсчитал?

Ю л и у с. Я же председатель ревизионной комиссии. Вдруг спросят? Все должно быть как на ладошке!

Стук в дверь. Входит  Э в а. Пауза.

Э в а. Добрый вечер.

Все молчат.

Э л ь з а. Ты смелая женщина! Отчаянно смелая женщина…

Э в а. В моем положении каждая будет смелой… Гостей так и нет?

Э л ь з а. Как же, а Юлиус? Крик слыхала?

Э в а. Слыхала. Мне показалось, что это ты кричишь.

Э л ь з а. И даже не спрашиваешь, что произошло?

Э в а. Ты разговариваешь со мной, — очевидно, все в порядке. Похоже, что ты выпила. Ну, я пойду…

Ю л и у с. Я с тобой. Да, Эльза, чуть не забыл с этим переполохом… Я к вам напрямик шел, через картофельное поле, и кое-что заметил: на краю, что у болота, у тебя там картофель оставлен. Несколько возов наберется!

Т а а в е т. Да ну? Как же ты могла забыть?

Ю л и у с. Вот и я не знаю. Ботвой прикрыто… Завтра же свезешь все в кучу.

Э л ь з а. Свезу, свезу. Подумаешь — дело… Пойдем, Эва, налью тебе стаканчик — похоже, что и твои нервы сдали…

Э в а. Спасибо. Стаканчик я, пожалуй, выпью. А ты ехать куда-нибудь собралась?

Э л ь з а. Ехать?

Э в а. У вас во дворе лошадь стоит. Запряженная. Понуро так стоит, и торба на шее.

Ю л и у с. Всех колхозных лошадей надо на одну конюшню — иначе не будет конца всем этим разговорам.

Э л ь з а. Совсем из головы вылетело. Отведу, отведу… Господи, кого это несет!

Вбегает  Ю р и  А а с м а.

Ю р и (задыхаясь). Кто… кто кричал? Кого здесь избивали? Кто звал на помощь? Я тут поблизости был. На том берегу реки. В Пургала шел… и вдруг — женский крик… Это ты кричала, Эльза?

Т а а в е т. Эльза, да… пошутила. Просто так. Из озорства.

Ю р и. Что? Из озорства?

Ю л и у с. Да вот спроси у дуры… Незачем было так бежать.

Ю р и. Вот как? Незачем? А если б человека убивали или калечили? Черт, чужой велосипед сломал впотьмах, а барыня, оказывается, пошутила? Закон называет это мелким хулиганством и наказывает тремя сутками ареста. Давай сюда паспорт, будем протокол составлять.

Э л ь з а. Смилуйся! Ты же свой человек. Дорогой товарищ Аасма…

Ю р и. Паспорт на стол!

Ю л и у с. Да ты не горячись так…

Т а а в е т. Сам же сказал на собрании, что сегодня ты тут как бы частное лицо…

Ю р и. Так оно и есть. Но чуть услышу чей-то крик о помощи — сразу делаюсь лицом официальным и приступаю к выполнению служебных обязанностей. Для меня крик о помощи — что приказ самого высокого начальства. Ясно? Ищи, ищи паспорт.

Э л ь з а. Господи помилуй!

Ю р и. Я покажу тебе, как хулиганить.

Э л ь з а. Слушай, прости меня, дуру!

Э в а. У нее сегодня день рождения…

Ю л и у с. Ну, сглупила, некрасиво, и все такое…

Э в а. У тебя ведь доброе сердце, Юри… (Гладит Аасма по рукаву шинели.) Прости ее на этот раз!

Ю р и. Думаешь? Ну ладно… Но смотри у меня, Эльза!