Совсем темнеет.
Шторка.
= Переменное освещение близкого костра. Всё тот же задок машины. Крышка багажника ещё не навешена, а линии так восстановлены, что не угадать недавней аварии.
Где же оба? Пашка — под машиной, привинчивает бампер.
Кряхтит, тужится, постукивает.
= А у костра сидит Эля. Она в своей двуполосой блузке опять. Она сморена, полузасыпает, но что-то ещё рассказывает — не в полный голос, не именно даже Пашке, он через стук, пожалуй, и не слышит, а — кому-то приятному, понимающему, кому она хочет нравиться. Она — как будто не здесь, а в близкой компании и выпила немножко:
Сзади Эли в кадр вошёл Пашка. Уже не на привязчивого заказчика, не на девчёнку, не умеющую трубу подержать, — он смотрит на неё иначе совсем, подходит по-новому…
Пашка сзади и сверху берёт Элю за голову. Она, чуть извертясь головой в его руках:
Пашка снижается, как рухнув, охватывает её за плечи, ищет поцеловать. Эля хохочет, отмахивается:
Так резко, уверенно она отсекла — Пашка и опешил, и руки опустил. Конечно, он — вахлак, сам сознаёт, но — как же надо? Как же теперь делают?
Эля слегка очнулась из опьянённо-сонного состояния:
Она встала, потянулась.
Сильные руки, сильные плечи Пашки. Его клонит — кинуться на неё, — но она так уверенно держится! она все порядки знает, нельзя переступить, нельзя себя деревней выставить…
И он идёт, голову спустя,
к чемодану. Достаёт лопатки, мастику
и начинает шпаклевать.
= А Эля, вытянув руки к звёздам, прошлась немного. Посмотрела вверх.
Идёт к машине.
= Вынимает ключ из зажигания,
= запирает шофёрскую дверцу извне.
Тем же ленивым покойным (ко сну) шагом обходит нос машины,
влезает через правую дверцу,
= внутри разбирается, отваливает спинки сидений, что-то перекладывает, мостит. Ей видно
= изнутри, через заднее стекло,
как Пашка трудится над багажником, видно только голову его и плечи, но отражаются на них рабочие движения.
Посмотрел на неё сюда —
смотрит!
смотрит!! — и кинулся
оббежать машину, к задней дверце!
