Пьесы [сборник] полностью

(Подносит руку ко лбу.) Бог отвалил, улетучился. Бог ушел. (Все больше раздражаясь.) Он приходит, уходит, интересно куда? В другую голову? В осу, летящую на солнце? В изгиб дороги? В кастрюлю, чтоб там жира прибавилось? Во всяком случае, из головы Кади он улетучился, страх прошел, и голос больше не дрожит.

САИД. Меня зовут Саид, Ваше Превосходительство.

КАДИ(в очень дурном настроении). Убирайся. На сегодня я закончил.

САИД. Я украл, Ваше Превосходительство. Вы должны меня осудить.

КАДИ. Чем? (Стучит по голове.) Там пусто.

САИД. Умоляю вас!

ПОЛИЦЕЙСКИЙ(насмешливо). Украл. Вы же знаете, его специализация — это пиджаки трудящихся, развешанные на ветках миндальных деревьев или лежащие на клумбах. Ваше Превосходительство — он повсюду рыскает. Ни в какие ворота не лезет, ворует без зазрения совести. Он бы должен быть богачом — единственный сын. (Саиду.) В каком пиджаке это было?

САИД. В том и в другом.

ПОЛИЦЕЙСКИЙ. Я знаю. Не важно. Важно — воровать. Без разбору. В этом есть та же несправедливость, что и в железнодорожных катастрофах. Слава Богу, наше бдительное око не дремлет. (Повышая голос.) Наши глаза таращатся из листвы и травы, и в них — ни тени волнения!

САИД. Я прошу лишь наказания.

КАДИ(жестом останавливает Полицейского, который хочет вмешаться). Ты словно с ума сошел, словно предчувствуешь, что скоро все изменится… Тебе не дает покоя смерть Си Слимана? Ну осужу я тебя, а что мне это даст?

САИД. Зло, которое я совершил, должно…

КАДИ. Тебе это что-то даст. После приговора и понесенного наказания ты преобразишься — пусть немножко, — но если я останусь прежним после вынесения приговора и после того, как ты отбудешь наказание…

САИД. Попробуйте, сами увидите…

ПОЛИЦЕЙСКИЙ(обращаясь к Кади). Наказание, он говорит, наказание, легко сказать. Здесь посложнее. (Саиду.) Сегодня утром, в восемь утра, освобождали из-под ареста. Твоя жена сегодня утром вышла из тюрьмы…

КАДИ(Полицейскому). Иди пописай на лапы лаврового дерева.

ПОЛИЦЕЙСКИЙ. Но… Ваше Превос…

КАДИ(в изнеможении). Иди пописай. На зелень или на ветки, иди же.

Полицейский выходит. Кади с любопытством смотрит на Саида, подходит к нему.

(Ласково). Мне все надоело. Подумай, какие ничтожные проблемы мне предлагаются. Я служу судьей в деревне, где каждую минуту должны совершаться ужасные преступления. (Обеспокоенно.) Или ничто не есть преступление? А мир преподносит Господу лишь два-три очаровательных проступка. Нет. Мне все надоело. И моя голова становится еще тяжелее оттого, что она пуста.

САИД. Давайте как есть. Я и этим удовольствуюсь, я — не гордый, и я не прошу, чтобы сам Господь побеспокоился и открыл мне тюремные ворота. Это может сделать и деревенский судья.

КАДИ(важно). Если бы речь шла только о том, чтобы открыть решетки и затворить их, тогда — да. Но мне нужна причина. Чтобы найти ее, нужно знать, где искать, а я устал.

САИД. Вы одно забываете: вам платят за то, чтобы вы открывали и закрывали тюремные ворота.

Пауза.

Я не могу сам себя обслуживать…

КАДИ(озадаченно). Нет, конечно… но нужно к этому прийти…

САИД. Тогда меня не будут принимать всерьез.

КАДИ. Есть такая опасность.

Пауза.

Я еще как-то понимаю, что ты выигрываешь с каждым новым осуждением, куда ты идешь, но меня-то куда ведет каждое осуждение? Я тот инструмент, что сталкивает тебя туда, куда тебе хочется упасть, но ты, ты, ты, зачем ты мне нужен? И кто же, в конце концов, займется бедными судьями! Кто?

Лейла проходит по нижней части сцены, лая и прихрамывая.

Картина восьмая

Сцена полностью свободна: это кладбище. В центре — маленькая лейка.

Одежда Мадани (Мадани-Уста): белый костюм, напоминающий арабский.

МАТЬ(говорит в левую кулису). Оттуда… стойте! Остановитесь там… оттуда все слышно. (Проходит в середину и вчитывается.) Си Слиман. Это его могила. (Поворачивается в левую кулису.) Подойди! Давай, подходи! Или ты совсем никчемный? Ты глухой? Может быть, слишком старый?

Из глубины выходит старый араб Мадани.

МАДАНИ. Если ты мной недовольна, иди найди другие Уста.

Небольшая пауза.

Но не оскорбляй меня.