Петербургская рапсодия полностью

К тому же, это в моём советском прошлом, прижилась поговорка: «с милым и в шалаше рай», а дамы из обеспеченных семей в дореволюционной России изначально априори рассчитывали на достойное содержание от своего мужа. Разница менталитетов.

Да, и хлебнуть Натальи из-за нового предмета своей страсти в старом варианте её жизни пришлось немало. Остракизм со стороны большей части общества, чекистская тюрьма, смерть сына – и в итоге койка нищей парижской богадельни.

Нуждаясь в моральной поддержке, Михаил Александрович, раскрыл передо мной все перипетии их романа. Возникшая между ним и госпожой Вульферт страсть, иного варианта, кроме воссоединения двух любящих сердец не предусматривала. Будучи порядочными людьми, а также вынужденные следовать правилам светского общества, они договорились, что их отношения, пока Наталья проживает под одной крышей с мужем, останутся чисто платоническими. Выполнять супружеские обязанности с мужем, она отказалась. Взбешённый, он гонялся за ней по квартире с револьвером в руке, опустившись до банального рукоприкладства. Потеряв терпение, однажды овладел ею силой. После чего, Наталья, оставив мужа, выехала за границу. Владимир не успокаивался, бомбардируя её письмами, с угрозами покончить жизнь самоубийством. В это время, Михаил настаивает на тайной встрече в Копенгагене. Понимая, что Рубикон пройден, она пишет мужу прощальное письмо, уговаривая его отпустить её с миром и не делать глупостей.

«…я тебе пишу последний раз в жизни, и мне тяжело наносить тебе такой удар. Я должна тебе сказать, что я не могу к тебе вернуться, и надеюсь на твою порядочность, что ты не будешь меня преследовать и делать мне скандалы, ведь это всё равно ни к чему не приведёт, и никакие угрозы и мольбы не заставят меня поступить иначе. …я хочу только, чтобы ты одумался и не наделал таких безумств, на которые способен, и о которых будешь сам жалеть….. Насильно мил не будешь, ничем я не заставлю себя смотреть на тебя другими глазами, чем сейчас, а для удовлетворения своего самолюбия слишком много требовать от женщины, чтобы она, забыв самою себя, отдала бы жизнь ненавидимому ей человеку, о ласках которого она думает с содроганием. Мы чужие с тобой, и, когда всё убито, и любовь, и уважение, нельзя потребовать новой чистой жизни….. Прости мне, всё что я тебе сделала, во имя прежнего, прошу, оставь меня и забудь. Н.».

Встретившись там с Михаилом, они перевели свои отношения в новую плоскость. Чтобы им было можно продолжить свои встречи, остро встал вопрос о разводе с поручиком Вульфертом. Вроде договорённости были достигнуты: в ответ на обещания Михаила не жениться на «разведёнке», его царственный брат дал разрешение Наталье вернуться в России. Более того, пообещал похлопотать об ускорение бракоразводного процесса. Министр двора барон Фредерикс, выступая в роли посредника, договорился с поручиком, что тот не будет препятствовать разводу, получив за это хорошее место в Москве и значительную сумму денег.

Однако, что-то у Вульферта в голове переклинило, и Владимир стал настойчиво требовать встречи с Михаилом Александровичем. Как рассказал мне Миша, он первоначально несколько опасался буйного поручика: «Что мешало ему выстрелить в меня, а потом покончить с собой?». Но, вечно бегать от опасности было не в его характере. На встрече поручик предъявил Великому Князю ультиматум: он расстаётся с Наташей или женится на ней. В таком случае, Вульфрт не будет препятствовать разводу. Иначе – дуэль. Кто знает, бравировал ли поручик, или действительно собирался стреляться с братом императора, но для последнего отказаться было нельзя – иначе позор и потеря репутации. К чести офицера в то время относились весьма трепетно. Хотя по официальному кодексу дуэли допускались только между равными по статусу, то есть поручик не имел права вызвать великого князя. Но, Михаил мог переступить через своё положение, поэтому подобный пункт в глазах общества был чисто формальным препятствием. Хотя в полку эту историю впоследствии замяли, но в тот момент офицерское собрание отнеслось к этому случаю очень серьёзно.