Екатерина была великой актрисой в жизни и сама писала и ставила комедии на сцене. По себе она осознала великую силу искусства, которая может быть использована и в хороших, и в дурных целях. О театре говорила так: «Театр — школа народная, она должна быть непременно под моим надзором, и за нравы народа мой первый ответ перед Богом». Брумбергская площадь по своему не далекому расположению вполне подходила для надзора за подобной школой. Она находилась между недавно построенным Никольским морским собором и деревянным Поцелуевым мостом на реке Мойке.
Такое необычное наименование этот мост получил по кабаку «Поцелуй», что принадлежал купцу Поцелуеву и был рядом с мостом — на углу набережной и Никольской улицы. А названная площадь именовалась по имени голландца Брумберга, содержавшего здесь лесопильные мельницы и жившего на другом, правом берегу Мойки в двухэтажном каменном доме. При доме Брумберга были огород и теплицы с известной всему городу торговлей цветами — прямо с мест выращивания. (Ныне на этом месте находятся бывшие Конногвардейские казармы.)
Карусель был поставлен посреди Брумбергской площади, которая тогда представляла собой обширный пустырь, окруженный деревянными строениями с садами. Но уже существовали планы городского строительства с намеченными кварталами известного нам очертания и с каменными домами, стоящими в ряд.
Сразу после установки амфитеатра на его арене (совсем как в Древней Греции) стали давать представления для народа. В основном это были комедии. Начинались они в четыре часа дня и бывали не реже, чем два раза в неделю. Зрителей было много. На сословия здесь не делились, так как за вход никакой платы не полагалось. Все расходы по содержанию этого народного театра казна взяла на себя. Платили только актерам — по полтиннику на человека за представление. Таким образом, здесь Екатерина предвосхитила мечтания идеалистов конца XIX века (Р. Роллана, Л.Н. Толстого и др.) о народном театре, посредством которого они предполагали улучшить человеческие отношения.
Однако нередко дождь разгонял и зрителей, и артистов. А со временем деревянные конструкции амфитеатра настолько обветшали, что становилось опасным продолжать здесь представления. Необходимо было построить надежное каменное сооружение.
9 июня 1773 года генерал-полицмейстер Чичерин объявил высочайший указ об учреждении в Санкт-Петербурге «публичного русского комедиального зрелища, как оное и прежде было, которое и производить на построенном для карусели месте, и для представления оных построить театр и комедиантов нанять».
Построить новый «публичный театр» в столице Екатерина II поручила военному инженеру, строителю крепостей и гидротехнических сооружений М.А. Деденеву, передав ему при этом необходимые для постройки чертежи, составленные архитектором Ринальди. Михаил Алексеевич незадолго до этого, в 1763–1772 годах, отличился при постройке пеньковых складов на берегу Малой Невы (Пенькового буяна). Эту работу инженер Деденев выполнил совместно с придворным архитектором Антонио Ринальди. Теперь они могли продолжить совместную работу, уже для воплощения просветительских забот императрицы.
Благополучно, но неспешно заложив фундаменты театра, через пять лет, в 1779 году, подрядчики начали уже кладку стен первого этажа. Но в это лето с поставленных лесов упал Ринальди. Об этом Екатерина II сообщала своему зарубежному корреспонденту Ф. Гримму. После этого семидесятилетний архитектор перестал бывать на строительной площадке. Без Ринальди постройка театра окончательно замедлилась, и императрица решила дальнейшее ведение работ поручить другому доверенному лицу.
Таковым оказался Федор Вилимович Баур, в энергичной и разумной исполнительности которого Екатерина была уверена.
Фридрих Вильгельм Бауэр (Баур, Боур), бывший генерал-квартирмейстер Прусской армии, в Россию был приглашен императрицей во время войны с турками. В 1769 году он был направлен в действующую армию Румянцева генерал-квартирмейстером. Вождение войск по незнакомой местности входило в круг его обязанностей.
В своем донесении императрице граф Румянцев затем так отзывался о Бауре: «Нелицемерно могу сказать, всемилостивейшая государыня, что ваше величество приобрели в нем искуснейшего себе слугу для военных дел; в коротком времени я обозрел в нем твердость знаний военной науки и то превосходство, что он не подобен тем, которые в одном глубокомыслии все свои таланты скрывают… Ваше императорское величество, поздравляю в столь искусном выборе людей и купно всеподданнейше благодарю, что служба с таким человеком послужит и мне в науку». Отличался Баур не только в искусстве вождения военных колонн и в составлении карт местности, но и на полях сражений под Ларгою и Кагулом. Под Рябою Могилою он смелой контратакой обратил в бегство превосходящего по численности неприятеля.
