Андрей живо представил себе, как не глядя шагнул бы в ворох газет и тут же повалился на пол от резкой боли. Богатое воображение нарисовало столь красочную картину, что на лбу парня выступили капли холодного пота. В лабиринте любые травмы были опасны. Но травмы ног в особенности. Здесь не было никаких медикаментов, и к тому же царила полнейшая антисанитария. С пробитой во многих местах ступней он не сможет ходить дни, а то и недели. И это при условии, что в раны не попадет инфекция. А она, скорее всего, попадет. Антибиотиков нет. Его организм ослаблен, и едва ли сможет сопротивляться зараза так же долго, как в первый раз. То есть, все это закончится настолько плохо, насколько вообще возможно.
– Прости, я немного задумался, – виновато промямлил Андрей, чувствуя себя болваном.
Нашел он место и время для раздумий. Думать позволительно на привале, да и то не слишком интенсивно, чтобы никто не смог застать мыслителя врасплох и зарубить прежде, чем тот схватится за топор.
– Больше так не делай! – убедительно попросила Оля.
Ругаться она не стала, чудом сдержавшись. Андрей прекрасно видел, что девушке очень хочется сказать ему парочку сочных комплиментов.
– Хорошо. Извини, – смущенно пробормотал Андрей. – Больше не буду. Просто это место, оно не дает мне покоя.
– Как и всем, кто здесь очутился.
– Да нет, не в том смысле. Я не могу понять его назначения. У всего есть назначение. Но здесь просто какая-то бессмыслица.
Он ударил кулаком по бетонной стене и вновь заговорил:
– Для чего это создано? С какой целью сюда помещают людей? Понимаешь, нас ведь просто бросают в этот лабиринт. И мы тут бегаем по коридорам, убиваем друг друга, и все это без толики смысла.
– Ты уже рассматривал версию реалити-шоу? – подкинула идею Оля.
Девушка обогнала его и пошла первой. Андрей не протестовал, и покорно плелся за ней.
– Реалити-шоу должно быть интересным, – заметил он. – А что интересного происходит в лабиринте? Сама подумай. Тут ведь почти всегда скука смертная. Люди ходят по этажам и лестницам, ищут еду, воду. Да, иногда случаются стычки, но очень редко. Кто и зачем станет за этим наблюдать? Подобное зрелище надоест за три дня. Я бы такое вообще смотреть не стал.
– Ну а как насчет эксперимента?
– Об этом я тоже думал. Никакой это не эксперимент.
– Тебе не угодишь, – усмехнулась Оля. – Ладно, давай закругляться с разговорами. Чем меньше от нас шума, тем лучше.
Андрей согласился с этим, и дальше они двигались молча.
Этаж оказался удивительно скуп на находки. Весь их улов ограничился еще двумя ловушками все той же примитивной конструкции. Вероятно, их расставил человек, обитавший здесь прежде. Но он либо ушел, либо умер.
В комнатах было пусто, не считая повсеместного мусора в виде газетных листов и тряпок. Андрей автоматически наклонялся и подбирал наиболее крупные куски ткани, которые затем по-хозяйски совал в карманы. Это был единственный доступный в лабиринте материал, пригодный для изготовления хоть какого-то снаряжения. Андрей решил, что наберет ветоши, и сошьет себе куртку с многочисленными карманами для складирования мелких трофеев. Иглу можно было сделать из гвоздя, нитки добыть из тех же лоскутов ткани.
Если бы им не пришлось впопыхах покидать логово Племени, можно было бы позаимствовать там какую угодно одежду. Но на это не было времени. Да и перегруженным не больно-то поплаваешь. Стоило радоваться уже тому, что им просто удалось унести оттуда ноги.
Андрей честно хотел этому радоваться, но мешали голод, жажда и усталость.
Они забрались уже достаточно глубоко, но так и не обнаружили ничего интересного. Этаж казался до того бесперспективным, что Андрей не выдержал, и предложил:
– Давай возвращаться на лестницу?
– Может, рискнем и пройдем дальше? – спросила Оля. – Вдруг где-то впереди….
Она запнулась, сама не зная, что рассчитывает обнаружить там. Скорее всего, какое-то чудо. Воду. Пищу. Или сразу выход.
– Хватит тратить здесь время, – сказал Андрей. – Идем выше, пока есть силы.
Они побрели назад тем же путем. Как выяснилось, их прогулка продолжалась дольше, чем казалось. На обратный путь ушло не меньше часа. Когда они вновь выбрались на лестницу, то едва держались на ногах от усталости.
Перед тем, как продолжать подъем, они устроили себе продолжительный отдых. Но в условиях отсутствия пищи в нем было мало смысла. Силы убывали с каждой минутой, Андрей буквально чувствовал это. Им удалось вырваться из лап людоедской банды, но голод оказался не менее опасен, чем толпа озверевших людей.
Вновь под ногами поплыли ступени. Медленно, шаг за шагом, они поднимались к поверхности. К выходу – как хотелось бы думать Андрею. Гробовая тишина лабиринта угнетала. Однообразие бесило. Хотелось хоть каких-то перемен. Хотя бы чего-то нового. Чего угодно, кроме этих бетонных декораций, давящих со всех сторон.
