– Вот видишь, – значительно произнес Бродяга. – Это место не создано для тихой и спокойной жизни. Чтобы выжить здесь, нужно непрерывно драться, убивать и, зачастую, пожирать других людей. Не рассчитывай, будто вы с подругой обустроите себе уютное гнездышко, и будете наслаждаться безмятежной жизнью. Не будете. Лабиринт вам этого не позволит. Я же предлагаю вам пусть и недолгую, но неплохую и безопасную жизнь. Три с половиной года это сильно меньше, чем то, на что вы оба рассчитывали. Но в лабиринте ваша жизнь будет еще короче. Здесь смерть повсюду. Она может прийти в виде заражения крови в результате ранения, в виде серьезной травмы, получить которую – раз плюнуть. В любой момент вас может схватить банда людоедов и тупо съесть. Здесь такое происходит постоянно и со всеми.
– Нас не съедят людоеды, зато прикончит босс, – ворчливо заметил Андрей.
– Ну, во-первых, это далеко не факт. А, во-вторых, с вами буду я, что существенно повышает наши шансы на успех. В ходе своих предыдущих попыток я неплохо изучил эту скотину, и нашел ее слабое место. Я смогу убить босса. Но мне нужна помощь. Одному не справиться. Тут все решает численность. Чем она выше, тем выше вероятность успеха.
– В таком случае, не следует ли собрать больше людей? – спросил Андрей.
Бродяга невесело усмехнулся.
– Ты ведь уже достаточно пронаблюдал здешний контингент, – сказал он. – Те, кого не убивают в первые дни, очень быстро звереют, и начинают воспринимать любого встреченного человека как врага или еду. Представить себе не можешь, как трудно найти общий язык с такими людьми.
– Кое-что я себе представить могу, – заверил его Андрей, вспоминая свой опыт общения с обитателями лабиринта.
– В таком случае, ты понимаешь, что собрать здесь армию просто нереально. Знаешь, сколько времени я ждал вас двоих? Подожди, дай-ка припомнить. Ну, да, месяца три, или около того. Если я ничего не путаю, поскольку сутки я считал чисто по ощущениям, а ощущения обманчивы.
– Сюда так редко поднимаются? – удивился Андрей. – Это не то, чтобы легко, но выполнимо.
– Поднимаются….
Бродяга пренебрежительно махнул рукой.
– Подниматься-то поднимаются, – продолжил он. – Но люди людям рознь. Приходившие до вас просто пытались меня убить. Пытались сделать это прежде, чем я объяснял им ситуацию, либо в процессе объяснения, либо уже после оного, уличив, как им казалось, удобный момент. Они делали это не потому, что прозвучавшая правда шокировал или бесила их. Просто условия лабиринта очень быстро прививают определенную модель поведения, вколачивают в головы нерушимые аксиомы, незыблемые в этом месте. А именно, что все люди вокруг враги или пища, и что лучше убить кого-то первым, чем дождаться, когда он убьет тебя. Конечно, сумей я собрать человек десять, убийство босса перестало бы быть проблемой. Но это, поверь, невыполнимая задача. Лабиринт изначально создан таким образом, чтобы настраивать мобов друг против друга, доводить их до зверского состояния и не позволять им объединиться в крупные группировки.
– Одна группировка все-таки образовалась, – напомнил Андрей.
– Племя? – сказал Бродяга. – Да, оно образовалось. Но не думай, пожалуйста, что это произошло по причине случайного стечения обстоятельств. Образование Племени было, грубо говоря, запрограммированно.
– В каком смысле?
– Вовсе не случайность, что три точки, наиболее урожайные в плане появления коробок с едой, расположены очень близко друг от друга, и одновременно рядом с обелиском. Наличие физической и духовной пищи создает условия для формирования многочисленной сплоченной группы. Так было задумано изначально. Чтобы игрок встретил на своем пути не только злобных мобов-одиночек, но и крупную банду.
– То есть, вы нарочно создали все условия для образования Племени? – проворчал Андрей.
– Не мы, а разработчики, – поправил его Бродяга. – Но в целом – да. Это было не так уж и сложно. Человеческое поведение легко прогнозировать, хотя всегда остается вероятность того, что все пойдет не по плану. Но если все сделать правильно, шанс успеха весьма высок. На самом деле в лабиринте много странных, сбивающих с толку, артефактов, призванных запутать игрока. Таинственные надписи, непостижимые предметы, загадочные письмена.
Андрею вспомнилась рукопись, которую Оля таскала с собой и считала важной. Кажется, девушка сообщила, что обнаружила ее в тайнике. Теперь стало ясно, что это такое и в чем его смысл. Вовсе не послание из прошлого, а искусственно созданная пустышка.
– И на кой черт понадобилось сколачивать банду людоедов? – проворчал Андрей. – Неужели здесь без них скучно?
– В том-то и дело, что да. Наличие столь крупной группировки добавляет интереса в игровой процесс. Можно наловчиться убивать одиночек, обзаведясь оружием и необходимыми навыками, но с целой бандой лоб в лоб не сойдешься. Тут требуется проявить смекалку, хитрость, действовать с умом. Прятаться от них, избегая встречи, или, напротив, объявить им войну – устраивать засады, расставлять ловушки. Заманчиво, согласись.
