Петр Чайковский полностью

«О пребывании в Каменке скажу, что вынес оттуда довольно печальные впечатления. Все там очень постарели, во всем дышит какая-то меланхолическая нотка, о прежнем веселом житье-бытье и помину нет. Старушка Александра Ивановна все еще держится на ногах, но хилеет весьма заметно. Сестра моя очень беспокоит меня. Припадки, случающиеся теперь с ней, как объяснил мне каменский врач, – очень дурного свойства. Они имеют что-то родственное с эпилепсией и, как предполагает он, суть следствие морфина и всяких других наркотиков, без которых она не обходится. Скажу Вам (прося Вас оставить это между нами), что к морфину прибавился теперь алкоголь. Сестра прибегает к этому новому для нее яду в постоянно увеличивающейся пропорции. Бог один знает, чем это все кончится!!!»[756]

Навестив в соседнем имении Копылово свою племянницу Анну и ее супруга Николая Карловича фон Мекка, Чайковский вместе с Колей Конради направились в Тифлис, куда прибыли 7 сентября. Здесь композитор провел полтора месяца, сочинил новое произведение – Симфоническую балладу «Воевода» по стихотворению Пушкина – перевод произведения Адама Мицкевича «Дозор. Украинская баллада». В Тифлисе вновь состоялось чествование Чайковского в артистическом обществе, а также состоялся концерт местного отделения РМО, в котором Петр Ильич дирижировал своими произведениями.

1 ноября композитор вернулся во Фроловское и буквально через несколько дней отправился в Петербург, где началась подготовка премьеры его оперы «Пиковая дама». Кроме того, 2 декабря в Санкт-Петербургской консерватории состоялось чествование Чайковского по случаю 25-летия его музыкальной деятельности.

В репетициях «Пиковой дамы» композитор активно участвовал, даже уже на этом этапе продолжал искать фразу для финального хора молящихся за упокой души самоубийцы Германа. В первоначальных вариантах – за «болезную», «измученную» душу. В конечном – «мятежную» и «измученную». Но при первой постановке оперы на сцене Мариинского театра финальный хор был снят целиком и Герман умирает фактически непрощеным[757]. Решение автора, принятое, очевидно, совместно с другими участниками постановки – режиссером Осипом Палечеком, дирижером Эдуардом Направником и исполнителем роли Германа Николаем Фигнером, – кардинально меняло финал сочинения.

Премьера оперы «Пиковая дама» состоялась 7 декабря 1890 года. Уже 19 декабря первое представление оперы прошло в Киеве. Чайковский писал Ипполитову-Иванову: «Наконец, после почти двухмесячной возни с постановкой “Пиковой дамы”, Я имею возможность отдохнуть. Но зато “Пиковая дама” до того мне надоела (каковое обстоятельство не мешает мне быть очень довольным ею), что ты уволь меня от рассказа о том, как ее ставили в обоих городах и как я волновался, боялся, огорчался, радовался, страдал и наслаждался. В общем скажу только, что и невиданно роскошная постановка на столичной сцене, и скромная, но изящная провинциальная меня вполне удовлетворили и что всеми исполнителями я безусловно доволен»[758].

Общение Чайковского и Надежды Филаретовны последние годы проходило одновременно на фоне растущей славы композитора, всеобщего почитания его таланта и тяжелых и длительных болезней Мекк, которые не только изнуряли ее, но и надолго изолировали от всех близких, делая ее жизнь невыносимой.

Надежда Филаретовна прибегала к помощи Владислава Пахульского[759], который с 1878 года работал у нее секретарем, а к этому времени стал мужем ее дочери Юлии Карловны фон Мекк. Ему было поручено сообщать Чайковскому о Надежде Филаретовне и ее здоровье, когда она не могла этого сделать самостоятельно.

Переписка Петра Ильича с Мекк прекратилась в сентябре 1890 года, когда Надежда Филаретовна сообщила Чайковскому, что вынуждена прекратить ежемесячные выплаты. Петр Ильич, который в этот момент находился в Тифлисе, написал ей большое письмо:

«Милый, дорогой друг мой!