Войдите в мое положение, дорогой Иван Александрович! Философски перенести невзгоду, покориться силе неблагоприятных обстоятельств я, конечно, могу. Но ведь мне предстоит к будущему сезону написать оперу и балет. Это труд огромный, требующий большого напряжения, больших жертв. Могу ли я приняться за него, когда после афронта, нанесенного моему самолюбию снятием “Пик[овой] дамы” с репертуара, я могу в будущем сезоне ожидать более сильных проявлений немилости государя!»[768]
Тяжело, но работа движется, Чайковский решил использовать в балете звучание детских инструментов, попросил Юргенсона их прислать. Вскоре состоялась встреча Чайковского с Мариусом Петипа и Всеволожским – были обсуждены детали.
Прямо из Петербурга Чайковский отправился в длительное путешествие – композитор был приглашен американским композитором и дирижером Уолтером Дамрошем с концертами в США весной 1891 года. Петр Ильич согласился, даже боли в правой руке не охладили желания ехать в Америку. «Это до того выгодно и легко, что было бы безумием упустить случай съездить в Америку, о чем давно мечтал»[769].
Инициаторы приглашения русского музыканта приурочили его приезд к открытию крупнейшего в США концертного зала, построенного в Нью-Йорке на средства нескольких видных промышленных магнатов во главе с Эндрю Карнеги, основавшим в 1889 году специальную фирму («Music Hall Company»). Президентом этой фирмы стал музыкальный деятель Моррис Рено, который и составил первоначальную программу пребывания Петра Ильича в США. Предполагалось участие композитора в каждом из главных концертов фестиваля, посвященного открытию зала. Таким образом, участие Чайковского, чья музыка уже много лет исполнялась в США и была хорошо известна, должно было стать центральным событием торжеств. Одновременно Чайковский получил приглашение от французского издателя Феликса Маккара дать концерт в Париже. Это определило маршрут поездки, в которую Чайковский отправился из Петербурга 6 марта 1891 года.
Облик Парижа изменился с последнего визита Чайковского – для Всемирной выставки, проходившей здесь в 1889 году, была возведена металлическая башня по проекту инженерного бюро Александра Гюстава Эйфеля. На протяжении сорока лет башня оставалась самым высоким сооружением в мире.
24 марта/5 апреля Петр Ильич продирижировал концертом, полностью составленным из его сочинений. Все прошло успешно. «Про концерт я рассказывать не буду, ибо надеюсь, что из газет вы будете иметь о нем сведения. Скажу только, что концерт был очень удачен и что несколько дней я обращал на себя внимание парижской публики. Репетиции, концерт – все это, конечно, очень волновало и утомляло меня, но этого рода утомление скорее приятно. А вот утомление от посещений, обедов, вечеров – вот это для меня ужасно!!! Клянусь, что в последний раз проделываю всю эту скучную и томительную штуку, т. е. что впредь буду торчать дома. В глубине души такая тоска по родине, такое нетерпение вернуться домой, что трудно высказать»[770].
Перед отплытием в Америку композитор на некоторое время остановился в Руане в надежде поработать. Сочинение шло тяжело – Чайковский впал в панику из-за опасений не успеть оперу и балет в срок и обратился к директору Императорских театров Ивану Всеволожскому с просьбой перенести постановку на год на сезон 1892/93 года. Свое состояние композитор описал брату Модесту в письме от 3/15 апреля 1891 года:
