Первой работой королевского КБ в этом направлении стало проектирование баллистической ракеты РТ‑1, имевшей расчетную дальность полета до 3000 км. В ОКБ‑1 ее называли не иначе как учебной. Собственно таковой она вполне заслуженно и являлась. Когда‑то в авиации переход с поршневых двигателей на реактивные потребовал от инженеров немалой перестройки в их взглядах на конструкцию самолетов. Можно себе представить, сколь непросто было преодолевать психологический барьер перехода от ракет с тончайшими металлическими баковыми конструкциями, которые заполнялись жидким топливом, к относительно толстостенным твердотопливным двигателям. Именно эта тяжеловесность «пороховиков», в довершение к их невысоким энергетическим характеристикам, не давали ракетчикам покоя. Мыслимое ли дело, когда двигатель, которому предстояло работать несколько десятков секунд, весил почти столько же, сколько и размещенное в нем топливо?
Конечно, в нормальных условиях необходимо было пройти и через совершенствование методик расчета твердотопливных двигателей, поиск наилучших вариантов выполнения их конструкции, поиск новых материалов… К тому же далеко не все в те годы казалось очевидным, и до многих вещей, ставших впоследствии элементарными, инженерам приходилось буквально пробираться тернистыми, окольными путями, проводя десятки и сотни самых разнообразных экспериментов, испытаний на стендах и в полете. Но когда советским ракетчикам было ведомо то, что принято называть нормальной работой? Им была ведома только гонка, цель которой – догнать и перегнать…
Таким образом, информация о появлении в нашей стране первой конструкционной пластмассы – стеклопластика – попала на благодатную почву. Наиболее привлекательной стороной нового материала было то, что он, обладая относительно высокой прочностью, близкой к прочности магниевых сплавов, в то же время обладал заметно меньшей плотностью. А это сулило весомый выигрыш в массе конструкций из стеклопластика. И казалось, что вот он найденный для ракетной техники выход! Вот тот путь, который сначала даст легкие и дешевые неметаллические пороховые двигатели, а потом и ракеты!
С фантастической энергией Королев начал раскручивать новое перспективное направление. Его позиция по этому вопросу сформировалась быстро и четко:
– Нет стеклопластика – нет и РТ‑1!
Ходоки от Королева в поисках будущих изготовителей пластмассовых двигателей объездили множество предприятий соответствующего профиля, пока наконец не добрались до подмосковного завода «Электроизолит». Образцы изготовлявшихся там из стеклопластика изоляционных трубок для трансформаторов были немедленно доставлены Королеву, который, повертев их в руках и подивившись их удивительной легкости и прочности, тут же сказал:
– Ну вот, теперь надо научиться делать такие же, но диаметром метр‑два, и с РТ‑1 все будет в порядке!
Очень скоро Королев доложил Хрущеву о новой находке для ракетостроения, о перспективах внедрения пластмасс. Да так успешно, что Хрущев немедленно взял все организационные вопросы, связанные со становлением нового направления в ракетной технике, под свой личный контроль. В считанные недели оформили все необходимые постановления и приказы. В результате приглянувшийся Королеву «Электроизолит» стал очередным смежником королевского КБ, а спустя несколько месяцев и не только королевского. На этом и закончилась относительно спокойная и размеренная четкими планами электротехнической промышленности жизнь подмосковного завода, давшего вскоре жизнь специальному конструкторско‑технологическому бюро.
О «неметаллических» процессах, которые столь бурно развивались в советском ракетостроении, Грушин узнал буквально из первых рук. Собственно исследовательские и опытные работы по внедрению пластмасс в конструкцию ракет были начаты им еще в 1955 году. Первое время эти крайне капризные и ненадежные материалы годились лишь для изготовления несиловых узлов и деталей электро‑радиотехнического назначения. А потому количество подобных деталей на первых ракетах Грушина, как правило, не превышало нескольких десятков.
Но в 1959 году информация о первом конструкционном стеклопластике попала и в ОКБ‑2. Грушина, всегда чутко улавливавшего все новое, не могли не заинтересовать открывающиеся перспективы нового дела, особенно при наличии внимания, проявленного к новому материалу на самом верху.
