Это всего лишь сон, навеянный долгой разлукой с семьей. Они в Пензансе, и им ничего не угрожает. Если бы что-то случилось, то Географическое общество не стало бы скрывать и непременно ей сообщило. Или нет? Сегодня утром она увидит Гарисса и обо всем его расспросит. Он точно не соврет. А пока никаких действий и без паники, Марта Петтерс.
Так, успокаивая себя, она просидела на полу возле своей кровати до рассвета.
«Тук».
Едва слышимый, глухой, но все же различимый звук разнесся внутри головы.
«Тук-тук».
И снова будто волнами внутри черепа.
«Тук-тук».
Сознание выстраивает хаотичные звуки в мелодию и требует ее продолжения, но исполнитель рушит все на корню.
«Тук-тук-тук».
Внутреннее негодование заставляет пробудиться ото сна и наказать того, кто фальшивит, но вместе с сознанием возвращаются видения. Они быстро проносятся перед глазами, заставляя вспомнить события минувшей ночи.
Майкл вскочил, сбрасывая с головы брезент:
— Папа!
Кроме него и мирно спящей под брезентом Эйши, никого не было. Они совсем одни. Ни родителей, ни корабля. Никого. «Отца больше нет…» — думал он.
Совсем…
Нет того, кто всегда помогал и поддерживал. Того, кто так злил своей холодностью и неучастием, но всегда был рядом, когда это было необходимо. Того, кто научил ходить и говорить, а теперь выбил почву из-под ног, замолчав навеки. Он оставил их с сестрой наедине с океаном…
Эйша… Что сказать ей? Соврать, что папа вернется? Она никогда в жизни в это не поверит.
Остается лишь говорить правду. Горькую. Что папа умер…
Стоп! Неожиданно пришедшая из глубин подсознания мысль остановила размышления мальчика. Они не видели его смерти! Его просто нет с ними в лодке! Возможно… нет, нет, определенно, он убил акулу, но в процессе схватки выпал за борт и теперь плывет где-то в океане.
Конечно, догадка была фантастической, но давала ему совсем малюсенькую, ничтожную надежду. И мальчик с остервенением ухватился за нее. Папа жив! Обязательно жив! Надо верить в это и гнать дурные мысли прочь!
Такие вещи проще сказать, чем сделать. Не всем взрослым удается справиться с горечью утраты, что уж тут говорить про детей. Майкл опустил голову и закрыл глаза. Из-под сомкнутых век непроизвольно выкатились слезы.
— Не плачь. Все будет хорошо.
Поглощенный своими размышлениями, Майкл не заметил, как сестра проснулась. Эйша ласково погладила брата, тот отдернул плечо:
— Я не плакал. Просто в глаз что-то попало.
Девочка положила свои ладошки на щеки брата и, повернув лицом к себе, заглянула в глаза. Ему показалось, что она все понимает и чувствует то же, что и он. Нет необходимости объяснять, что случилось с отцом. Словно в подтверждение этой догадки, Эйша еле заметно кивнула.
— Не переживай, Майкл. Мы справимся. Должны.
Юноша посмотрел в ее большие голубые глаза и, немного успокоившись, выдохнул:
— Мы справимся.
В борт лодки вновь что-то тихо ударило.
«Тук».
Эйша от испуга вжала голову в плечи. Майкл отодвинул сестру к себе за спину и достал нож. Занеся руку над головой для удара, парень аккуратно выглянул за борт. Акулы не было видно.
К своему стыду, Майкл понял, что испытал облегчение. Несмотря на всю его браваду и нож в руке, он не был готов вновь встретиться с этим монстром лицом к лицу. Парень поспешил обрадовать сестру:
— Не бойся, Эйша, акулы нет. Папа убил ее.
— А что это был за стук?
— Не знаю, может быть…
Договорить ему не дали. В борт вновь что-то ударило, слегка качнув шлюпку. Девочка, опережая брата, ухватилась обеими руками за край шлюпки и бесстрашно рванулась вперед. Перегнувшись через борт лодки и едва не свалившись в воду, Эйша лбом уперлась во что-то холодное и скользкое. Отстранившись назад, она увидела заостренную серую морду. Пара черных бегающих глаз с любопытством глядела на маленького человека. Девочка вернулась в шлюпку и совершенно спокойно проговорила:
— Майкл, там какая-то рыба. Она большая, но совсем не страшная.
Парень посмотрел за борт, потом на сестру и улыбнулся:
— Не бойся, это всего лишь дельфин.
— Дельфин!
Эйша от радости подпрыгнула на лавке, едва не перевернув лодку:
— Настоящий! Наконец-то я тебя увидела!
Девочка вновь перегнулась через борт шлюпки. Любопытное млекопитающее, высунув из воды морду, по-прежнему рассматривало человеческих детенышей и не думало уплывать.
Юная Петтерс было осторожно протянула к нему руку, но Майкл остановил ее, взяв за плечо:
— Я бы не стал этого делать. У дельфинов много зубов, и они очень острые.
Эйша повернулась и так посмотрела на брата, что тот, отстранившись, убрал свою руку.
Она вновь вернулась к дельфину. Девочка аккуратно погладила его по лбу. Тот закивал головой, давая понять, что ему это нравится.
— Не обращай внимания на моего брата. Он бывает жутко грубым и несносным. Но вообще он хороший.
Млекопитающее издало звук, чем-то напоминающий человеческий свист, несколько раз провернулось вокруг своей оси и вновь посмотрело на Эйшу.
