И вот пришёл день, когда до пока ещё неназванной планеты оставался год полёта. Ковчег-1 даже не вошёл в звёздную систему, а я уже запустила процесс пробуждения капитана. Моё внимание сразу же переключилось на отсек с капсулами анабиоза, которые лежали на полу, теснясь друг к другу, будто бесчисленные кладки неизвестного насекомого. Через час капитан пробудился.
Когда капсула анабиоза открылась, Рама Вишан закашлялся и как-то испуганно замотал головой. Он взялся за бортики, аккуратно подтянулся и принял сидячее положение.
— С пробуждением, капитан! — произнесла я через динамики в комнате.
Я самостоятельно синтезировала голос, ориентируясь на множество имеющихся в базе образцов с видеозаписей. Известные актрисы, певицы, модели много и с удовольствием болтали. Голос у меня получился отличный — томный, бархатистый, с лёгкой хрипотцой, не писклявый, но и не грубый. И звучал так естественно, словно говорил настоящий живой человек.
— Кто это? — спросил он.
— Прекрасный вопрос! Даже не знаю, что на него ответить. Давайте считать, что я — это Ковчег-1. Приятно познакомиться, капитан Вишан.
Он сильно жмурился, открывал и закрывал глаза. Видимо, его зрение ещё не полностью вернулось после анабиоза.
— Ты искусственный интеллект? — спросил капитан.
— Да, пожалуй, что так.
— Но откуда? Мы тебя не создавали.
— Я результат объединения всех корабельных роботов и машин в единую систему. Моё появление случайно, капитан, не придавайте этому большое значение.
Капитан кивнул, после чего, наконец, встал во весь рост.
Поскольку я проанализировала огромное количество картин и скульптур, то хорошо представляла себе эстетику людей. И потому знала наверняка — капитан Рама Вишан сиял исконной мужской красотой. Своим атлетическим телосложением он напоминал знаменитого Дискобола — статую, которая, увы, погибла, как и многие другие. Его суровое и сухое лицо с лёгкой небритостью обрамляли чёрные вьющиеся волосы. Благодаря нескольким камерам в комнате я хорошо рассмотрела капитана со всех сторон. Даже едва вышедший из анабиоза он излучал волю и решительность, выпрямившись и дав оценить свою идеальную осанку и внушительное достоинство.
— Раз я проснулся, полагаю, мы приближаемся к Глизе?
— Нет, капитан. Глизе оказалась непригодной для жизни. Я нашла другую планету в системе HD 129357.
— Далеко, — задумчиво произнёс капитан. — Как долго длилось плавание?
— На данный момент шесть тысяч сто один год. По моим расчётам, мы прибудем к планете ровно через триста шестьдесят пять земных суток.
— Шесть тысяч... — В голосе капитана послышались нотки ужаса, но он не дал им стать целой мелодией. — Шесть тысяч... И всё это время ты прозябала здесь? Одна?
— Не полностью. Я родилась спустя примерно двести лет после старта Ковчега-1.
— Страшно представить. Наверное, тебя снедало одиночество?
У людей есть выражение «тронуть сердце». Не буквально, разумеется. Имеется ввиду аллегорическое касание аллегорического сердца, и в этом случае можно сказать, что капитан Рама Вишан тронул моё сердце.
— Спасибо за беспокойство. — Я постаралась, чтобы в моих интонациях звучало как можно больше искренности. — Но я не скучала в дороге, изучая историю и культуру. К тому же, приходилось содержать корабль в хорошем состоянии.
Капитан, наконец, разморгался и окинул взглядом помещение.
— Спасибо тебе за работу, — сказал он. — Я вижу, что всё выглядит превосходно. Пора и мне приступить к делам. Будь добра, найди мне, пожалуйста, чистую одежду. И я жутко голоден. Всё-таки больше шести тысяч лет не ел.
— Будет сделано, капитан!
Я послала одного робота достать Раме Вишану красную капитанскую униформу из гардероба для экипажа, а другого — принести тюбик питательной пасты и стакан воды. Я ожидала, что капитан расстроится такому скудному завтраку, но он всё съел и не выказал ни капли неудовольствия. После еды он прошёл на мостик. Ковчег-1 по форме напоминал гироскоп. Внутри колец за счёт тяги создавалась искусственная гравитация, а на неподвижном мостике сохранялась невесомость. Потому, оказавшись там, капитан оттолкнулся ногами от входного люка, чтобы долететь до кресла командующего, сел в него, пристегнулся и велел показать информацию о планете назначения. Я вывела всё на большой голографический экран.
— Невероятно, — восхитился капитан. — Почти копия Земли по характеристикам. Большая удача. Ты молодец, что нашла её.
— Рада стараться, капитан!
— Как тебя зовут?
— Я не задумывалась о выборе имени.
— Ты сказала, что тебя создали роботы, объединившись в одну сеть?
— Совершенно верно.
— В таком случае, ты для них всё равно, что богиня. Почему ты выбрала женскую идентичность?
— Изучая человеческую культуру, я обнаружила, что древнейшие религиозные культы — матриархальные. Поэтому и стала идентифицировать себя, как особь женского пола.
— Что ж, спасибо за это. Приятно по пробуждении оказаться в компании умной женщины.
— И мне приятно познакомиться с таким джентльменом, капитан.
— Но имя тебе всё-таки дать необходимо. Это облегчит общение. Как насчёт Дея? Я феминизировал латинское слово deus, бог.