– Я уехала отсюда в десять лет, а кажется, будто и не уезжала. Все также, как и было. Кассирши ворчат, на улице холодно, пахнет выпечкой и снег лежит. Я скучала. Стас мне так много про тебя рассказывал, – внезапно произнесла Кристина. Яра не смогла распознать интонацию: то ли это просто была констатация факта, то ли это было что-то ревностное.
– Надеюсь, только хорошее? – попыталась свести в шутку.
– Ты ему очень нравилась.
Яра после этих слов напряглась.
– Почему у вас ничего не получилось?
– Я его не любила. Зачем мне надо было мучить его и себя?
– Как его можно не любить? – Это был риторический вопрос, просто утверждение, которое Кристина произнесла с такой нежностью и милой улыбкой, что Ярослава поняла: все переживания Стаса насчет того, что она может вернуться в бывшему – это просто небылицы.
– Можно, если в мыслях другой человек.
– Почему ты не попробовала с ним связаться? – раздался за спиной голос Стаса, отчего Яра подпрыгнула и разлила половину кофе по столу.
– Ты что, шпион? Кто так тихо подкрадывается? – возмутилась она, оглядываясь на дверной проем, в котором стоял Стас, подперев косяк плечом.
– Кажется, вам стоит поговорить, а я пошла пока в гостиную, – быстро произнесла Крис, вскочив с барного стула. Она оставила мимолетный поцелуй у Стаса на щеке, привстав на цыпочки, и упорхнула на лестницу.
Он сел и помог промокнуть лужу салфеткой. Кухню наполнил терпкий, горьковатый запах кофейных зерен.
– Ты мне нравилась, но я всегда мог здраво мыслить, поэтому все замечал, даже если тебе казалось, что ты все хорошо скрывала.
– И когда же ты все понял?
– В Новый год и понял, когда мне сказали, что ты с ним ушла, – он улыбался, это помогло разбить возникшую между ними неловкость. – Ну так что? Хочешь, я попрошу знакомых, чтобы его нашли?
– Все намного прозаичнее, Стас, – горечь просквозила в словах, она не смогла ее сдержать. – Он сам меня нашел. Чисто случайно. И-и-и… теперь все еще хуже. Сейчас единственное, чего я хочу, это забыть его, как страшный сон.
– Слушай, не мне тебе говорить, что плохих моментов бывает ровно столько же, сколько и хороших. Ты, главное, не падай духом, и скоро все наладится.
Яра благодарно обняла его, грозя снова опрокинуть чашку, но уже на него самого. Он приобнял ее за плечи.
– Я обязательно буду счастливой, но иногда надо и погрустить. Хочешь, я сделаю тебе кофе? Вместе выпьем за мое разбитое сердце. – Она встала, включила чайник, который успел остыть, и потянулась за банкой с растворимым кофе. – Знаешь, а я даже была уверена, что ему не безразлична.
– Он тебе сам об этом сказал?
– Нет, просто… – Ярослава пожала плечами и улыбнулась. – Казалось, я это точно знаю, как таблицу умножения.
– Тогда прислушайся к себе. Не просто же так ты это решила. Человек может кричать о том, что любит, и не любить, а другой может молчать, но показывать действиями. Простой пример – мой папа, причем в обоих случаях, – Стас вздохнул и уставился на чашку, которую она поставила перед ним. – Я так и не могу простить его.
Яра задумалась и стала перебирать в голове все моменты, которые так тщательно берегла в самом сердце, какую бы боль они не причиняли. Она пыталась поймать то мгновение, когда почувствовала его любовь.
При их первой встречи Юра подбежал к ней, когда она упала, но так поступил бы любой на его месте. В новогоднюю ночь не оставил одну, принес медовый тортик в знак примирения, опять же, пустил ночевать к себе, готовил для них, согревал и обнимал ночью. Целовал так, как не целуют того, кого не любят. Прибежал к ней в гримерную, чтобы ей не было страшно…
Черный крепкий кофе напоминал цвет его глаз, завораживал и не отпускал, пока она, погрязнув в мыслях, мешала его ложечкой. Ее взгляд зацепился за черное колечко, которое она так и не сняла, аккуратно погладила его большим пальцем.
– Стас, а ты замечал, что я боюсь темноты?
Он удивленно вскинул брови:
– Что? Ты боишься темноты? Ты не говорила.
– Да, не говорила… вообще никому.
Сердце учащенно забилось, а на глазах выступили непрошеные слезы. Яра немного отвернулась, чтобы скрыть их и поспешила перевести тему разговора, все еще взволнованная своим открытием.
– Как у вас с Кристиной дела? Сразу скажу, что мы с Сашей ее одобряем. Что ты так на меня смотришь? Правду про другую девушку могут сказать только девушки.
– Мы все еще не обсуждали наш статус. Не знаю даже… Каждое утро я просыпаюсь и боюсь, что ее не окажется рядом, потому что она вернулась к бывшему, а потом радуюсь, когда она каждый вечер возвращается ко мне.
– Ты правда думаешь, что она может так поступить?
– Он снова появился на горизонте: ловит ее около дома, университета, проходу не дает, угрожает. Она даже сюда решила приехать, только чтобы его не видеть.
– Крис тебя любит. Если бы не любила, она бы сейчас ко мне не пришла. Мне кажется, у нее даже ревность проскользнула, так что все в твоих руках, – она поставила перед ним чашку, источающую приятный аромат.
– А зачем мы пьем кофе на ночь?
