И, если подумать, что он имел в виду, произнося ту странную фразу?
«За что ты так со мной?»
Как это вообще понимать? Почему он так любит эти до нелепости загадочные фразы, приводящие меня в отчаяние? Почему бы ему просто не говорить то, что думает, и думать, о чем говорит? Я по горло сыта этими хождениями вокруг да около, я больше не позволю ему сбивать меня с толку! Это нужно прекратить прямо здесь и сейчас! И если он не желает откровенничать, я вытрясу из него правду силой!
***
— Драко не живет здесь уже почти год, — легкомысленно сказала Нарцисса Малфой, потягивая вино из бокала, в то время как невероятно красивый мужчина массировал ей ступни. — Он решил переехать в Хогсмид после смерти отца, — поджатые губы ясно показывали её отношение к такому решению.
«Я живу в Хогсмиде. И это не так уж и плохо».
— О… Понятно, — ответила я, чувствуя себя невероятно неудобно и глупо. Как можно было так нагло воспользоваться камином Малфой-мэнора? На что я надеялась? И почему Нарцисса Малфой оставила камин открытым, учитывая, что она занята, я уверена в этом, прелюдией перед сексом на своем шезлонге?
Стыдясь своей невоспитанности, я открыла рот, чтобы поблагодарить её за потраченное время и сбежать обратно домой. Но она продолжила говорить:
— Я сказала ему: «Драко, дорогой, Хогсмид ужасен даже для эльфов, не говоря уже о порядочных чистокровных волшебниках». Но он даже не стал меня слушать. Он просто забрал свою долю наследства и купил одно из тех ужасных зданий. Я постоянно забываю, как они называются… — свободной рукой она сделала легкомысленный жест. — Ах, да. Он купил многоквартирный дом.
Я уставилась на нее в изумлении.
Его наследство?
Он что, купил целое здание?
Если он так богат, то что забыл в «Bewitched»?
Нарцисса продолжила, еще больше удивляя меня своей болтливостью:
— И, что еще хуже, он переехал в это здание. Он стал простолюдином! — её лицо исказилось от гнева, как если бы её худший кошмар воплотился в реальность. — Он даже на работу устроился. Нет, ты можешь в это поверить? Мой сын, мой единственный мальчик, работает? Разве это не ужасно?
— Э-э-э… наверное, да?
Она проигнорировала меня и сделала еще один глоток вина.
— Но, думаю, не всё так плохо, раз уж у него есть собственный бизнес. Я сказала ему: «Драко, дорогой, журнальный бизнес вряд ли добавит тебе уважения. Но раз уж ты так решительно взялся за дело, избавься для начала от этого магглолюбца Питера Мозли», — она взглянула на меня. — Без обид, дорогая.
Я была в таком шоке, что не могла даже описать состояние, в котором находилась, не говоря уже о том, чтобы вежливо ответить Нарциссе, что всё в порядке.
Драко Малфой — владелец «Bewitched». Как такое возможно? Разве не Питер Мозли унаследовал его от своего дяди?
И тут я вспомнила о невероятной любви Питера Мозли к деньгам. Да он душу продаст тому, кто предложит наивысшую цену, если представится возможность!
Но известие о том, что Малфой владеет «Bewitched», потеряло свою важность, когда у меня в голове всплыли слова Нарциссы: «И, что еще хуже, он переехал в это здание».
Несколько недель назад, в ту роковую субботу, когда неожиданно объявился Рон, Малфой вынырнул из квартиры напротив. Из-за перепалки с Роном и последовавших за ней рыданий в жилетку Малфоя я совсем забыла спросить его об этом, да и он не напоминал. Но может ли быть, что Малфой… что этот мерзавец заставил меня тащиться аж в Малфой-мэнор, когда я могла просто открыть дверь и пересечь коридор?
Еще раз раздраженно выдохнув, я поблагодарила Нарциссу за потраченное время, извинилась за непрошеный бесцеремонный визит и, когда она ответила: «Не волнуйся, дорогая. Не твоя вина, что твои родители-магглы не смогли правильно воспитать тебя» — схватила горсть Летучего пороха и отправилась домой.
Стоя в коридоре, я несколько раз ударила кулаком по двери квартиры номер двести семнадцать. Я была так зла, что даже не могла представить, как это, не злиться! Все это время… все это время! Он жил прямо напротив меня. Он сказал, что это я затеяла всю игру, но факты доказывали обратное. Это он все это начал!
Почему?
Почему Малфой позаботился о том, чтобы как можно чаще появляться там, где, как он знал, бываю я? Почему он купил дом, в котором я живу? Зачем он купил компанию, где я работаю? Зачем он опустился до уровня простого работника, если он владелец? Почему он поцеловал меня? И почему продолжал меня преследовать? Почему он переспал со мной? Почему? Зачем? Почему?
Когда ответа на мой стук не последовало, я начала спрашивать саму себя. Действительно ли я видела, как Малфой выходил из этой квартиры? Или он просто стоял в коридоре? Но зачем ему стоять в коридоре, если он здесь не живет? Может, он приходил к кому-нибудь, кто здесь живет, и просто оказался в нужное время в нужном месте, чтобы стать свидетелем моей встречи с Роном? Может, он приходил ко мне?
Вряд ли.
Развернувшись, я пошла к своей двери, чувствуя растерянность, злость и разочарование. Однако звук открываемой двери привлек мое внимание.
Я обернулась.
Он стоял в халате, с потемневшими влажными волосами, самодовольно ухмыляясь.
