— Ирв, опасность мне не грозит, — попыталась успокоить мужа, впрочем, никакой уверенности в своих словах не испытывала. — Я попрошу, чтобы рядом со мной присутствовал надзиратель или правозащитник. Не думаю, что кому-то придёт в голову оставить меня с Бреуром один на один…
— Разговоры! — раздражённо поторопил тюремщик и защёлкнул кандалы на моих запястьях.
Отвратительнейшее ощущение! Словно руки обвила ядовитая металлическая змея.
Муж дёрнулся в мою сторону, но полуденник направил на него дубинку, на кончике которой замерцала магия. Убийственная магия. О, какое удовольствие ему доставляла возможность обернуть против полуночника его же оружие.
— Ирв, не надо! — взмолилась я и поторопилась выйти из камеры, чтобы увести тюремщика за собой.
Лязгнула решётка, полуденник грубо ухватил меня за руку повыше локтя и поволок за собой. Нежную кожу засаднило, а в душе закипел протест:
— Я иду и не сопротивляюсь, нет необходимости причинять мне боль!
— Это ещё не боль! — насмешливо бросил тюремщик и сдавил руку сильнее.
Наконец мы дошли до допросной, в которой он рывком усадил меня на стул, а затем пристегнул кандалы к массивному каменному столу.
— Пожалуйста, не оставляйте меня одну, — посмотрела я ему в глаза.
Всё же знакомое зло как-то предпочтительнее незнакомого.
— У меня приказ сверху, — ответил он почти участливо, а затем ушёл.
Когда дверь отворилась, за ней оказался вовсе не Бреур, но хорошей новостью я бы это не назвала.
В помещение вошли трое незнакомцев, и сердце ухнуло куда-то под стул, на котором я сидела. Первым шагал здоровенный амбал с туповатой улыбкой на лице. Он выглядел так, будто недавно выиграл в карты чугунную гирю и теперь носил её с собой в качестве брелока. Соломенного цвета кучерявые волосы непослушными спиральками торчали в разные стороны, а глаза оттенка воронёной стали зафиксировали меня ещё одними оковами.
Следом за ним шёл другой тип — взлохмаченный худощавый брюнет. Он тоже улыбался, только на этот раз улыбкой маньяка-психопата. Он решил, что просто посмотреть на меня мало, нужно ещё и по кругу обойти. Наклонившись к лицу, он внимательно изучил височный узор, хмыкнул, втянул выдающимся носом мой запах и облизнулся. На его лоб упала чёрная прямая прядь, а лицо с резко очерченными скулами сделалось совершенно безумным.
Я инстинктивно отпрянула, звякнули кандалы, а я чуть не свалилась со стула, когда постаралась избежать неприятного контакта. Сердце зашлось в груди бешеным стуком, и через печать накатило ощущение, что где-то за толстыми стенами здания Службы Правопорядка чаще забилось другое сердце — Ирвена.
— Полегче! — раздался бархатистый баритон третьего мужчины.
Зайдя в допросную, он закрыл за собой дверь и привалился к ней спиной. В отличие от своих лыбящихся спутников, третий незнакомец держал лицо скрытым под глубоким капюшоном, и это понравилось мне ещё меньше, чем ротовые конвульсии первых двух психов. А что все трое — психи, подсказало внезапно сдавившее грудь отвратительное предчувствие.
— Ты, кажется, обещал помалкивать, — глумливым тоном протянул брюнет.
Я шумно сглотнула и приготовилась отбиваться. Сил после ежевечерней процедуры зарядки артефакта практически не было, но страх разгонял по венам кровь, заряжая тело обманчивой адреналиновой бодростью. Сжала кулаки и с отвращением посмотрела на брюнета. Его бледные зеленовато-серые глаза издевательски изучали моё лицо.
— Красоточка, — облизнулся он так, что меня едва не вывернуло.
— И такая стесняшка… — пробасил кучерявый, садясь напротив и укладывая на стол кувалды кулаков.
Его руки покрывали вьющиеся, светлые, словно выгоревшие на солнце, волоски. Они же рвались из-под расстёгнутого ворота рубашки. Кудрявость явно пошла не в извилины, потому что лицо у блондина было на редкость не обезображенное интеллектом. Такое ощущение, что он на спор лбом колол кирпичи, да перестарался.
Брюнет сел на стол прямо передо мной и выставил на каменную поверхность небольшой пузырёк.
— Пейте, — он наклонил голову вбок, не отрывая от меня взгляда, отчего стал похож на огромного орла.
Мне, по всей видимости, предлагалось ощутить себя мышкой, но я не собиралась подыгрывать. Для того чтобы меня сломать, нужно нечто большее, чем кандалы, зелье и хищные взгляды. В упор посмотрела на него:
— Что это? И кто вы такие?
— Служба Имперской Безопасности, офицер Э́рер Пре́йзер, к вашим услугам. А это перед вами — Меле́н Роде́ллек, тоже, стало быть, офицер. У нас к вам, знаете ли, есть вопросики. А это — сыворотка правды, очень даже сладенькая. Как раз для таких красоточек, как вы. Есть только один нюансик: если вы, нобларина Блайнер, не выпьете её добровольно, то мне придётся вам слегка помочь. Чуточку. Взять за личико, приоткрыть ротик и влить внутрь. А потом держать, чтобы вы не смели выплюнуть. Пару минуточек.
