Двигатель закрыл присевшего Слона от жалящей смерти, патроны у него закончились, а все запасные магазины лежали в стремительно превращающейся в дуршлаг кабине…
— А ведь это, Миха, и не «бриганы» вовсе, — насмешливо сказал Слон; чувство юмора порой прорезалось у него в неожиданные моменты. — Пора валить нам отсюда…
Миха не отозвался.
Слон повернулся к нему.
Приятель лежал у полуоткрытой дверцы, и верхней части головы, начиная от нарисованных маркером бровей, у него просто не осталось. Трудно назвать головой мешанину из мозга, осколков кости и волос.
Слон сочувственно хмыкнул. Вынул из кармана скомканную зелёную повязку, быстро провёл несколько раз по автомату и сунул тёплую рукоять в руку Михе, с трудом разведя скрюченные пальцы.
В этот момент вспыхнул бензин, вытекающий из простреленного бензобака.
10 августа, 12:02, лесная дорога
— Левее, Муха, левее! Отрежьте их от зелёнки, кончайте всех разом! — Майор быстро говорил в рацию, не отрывая глаз от бинокля.
Запищал зуммер и замигала лампочка — вызов от Дерина. Срочный вызов на аварийной частоте.
Майор какое-то время не реагировал, глядя, как вторая пятёрка бойцов под прикрытием шквального огня обходит засевших за «уазиком». Потом дёрнул рычажок переключения частоты.
— Мы нашли их, что у вас за пальба? — выпалил капитан на едином дыхании, не тратя время на позывные.
— Кого нашли? — удивился майор.
— Да
"Ну и с кем же мы тут воюем, — подумал майор, — кто
— Картина интересная, — продолжил Минотавр. — Взломанная синяя «шестёрка», рядом четыре места холодного груза. Трое точно наши клиенты, а один нет, наверняка цивильный. У него и у одного из «наших» огнестрельные. Ещё двоих, похоже, голыми руками уделали. Однако ни одного ствола рядом. Сдаётся мне, четвёртый ушёл — и с полным арсеналом.
«Да тут у них чуть не под каждым кустом трупы, — подумал майор. — Странное что-то творится. Курортная, бля, зона… И что там за „цивильный“? В осаждаемом „уазике“ ехали трое… Сообщники? И бунт, и побег спланировали заранее? Спланировали для одного-единственного человека, а отыгравших свою роль попутчиков устранили? Версия хромает, излишне много наложилось случайностей и импровизаций для просчитанной и подготовленной акции… Ладно, в любом случае неизвестных людей, шастающих тут с оружием и стреляющих в кого попало, необходимо нейтрализовать. А называя вещи своими именами — уничтожить. Правда, нет никакой гарантии, что эти — последние, что зачистка на этом закончится…»
Майор принял решение и заговорил в передатчик: — Значит так, Минотавр. Ты в трёх километрах от «Варяга», жми туда. У машины оставь двоих срацией. Всех встреченных задерживать, стрелять только ответно. Дойдёшь до лагеря — доложишь. У нас заварушка непонятная какая-то; не знаю, на кого мы тут напоролись, но это не наш четвёртый. Не один, по крайней мере. В любом разе с ними сейчас заканчиваем. Всё, до связи.
Насчёт «сейчас» майор ошибся. И сильно.
10 августа, 12:02, ДОЛ «Варяг»
Степаныч вышел из дверей административного здания и неторопливо огляделся. Вид у него был спокойный и довольный, даже отчасти безобидный, — ружьё мирно направлено стволами в землю.
Но выцветшие глаза глядели по сторонам настороженно и хищно. Рыжая где-то здесь… Он чуял её, как волк чует добычу, и ей не уйти, не спастись, не спрятаться…
А вот и она! Показалась у служебного выхода столовой, натянула белый халат и думает обмануть старого охотника. Выстрел навскидку — тело в белом халате оползает по серой стене, из разжавшихся пальцев выпадает зажигалка и не зажжённая сигарета…
Степаныч уже не смотрел туда, он шёл дальше — Рыжая наверняка в вожатской, и он придёт и поговорит с нею, как поговорил с Горловым, очень приятно поговорить после восьми лет молчания…
Ага, вот что-то метнулось в кусты. Боишься? Прячешься? Правильно боишься и зря прячешься, Рыжая.
«Лебо» рявкнуло по мелькнувшему силуэту, бекасинник[6] прошёл широким снопом, сбивая листья и срезая веточки. Степаныч скривился. Нет, дробью её не возьмёшь, нужна картечь по меньшей мере…
Он нашарил с краю патронташа заботливо припасённые на волков патроны, быстро перезарядил двустволку, небрежно уронив на землю стреляные гильзы…
Поварихе Вере, так не вовремя выскочившей на очередной перекур, повезло.
Две маленьких, на куликов рассчитанных дробинки засели у неё в мякоти плеча. Упала и не поднималась она больше от страха и неожиданности. Когда жуткая фигура в синей спецовке исчезла, Вера на четвереньках, но быстро юркнула обратно в столовую.
