Активные связи между населением Сахары и жителями побережья Средиземного моря дополнялись и обогащались контактами последних с другими районами юмного шара. Специальные исследования 1970–1974 годов, посвященные проблеме происхождения производительных форм хозяйства в Африке, показали, что проникновение в V тысячелетии до нашей эры в долину Нила азиатских продовольственных культур и домашних животных явилось следствием установившихся регулярных сношений Северной Африки с Восточным Средиземноморьем. «Рост городской цивилизации, появление классовых различий, письма, ремесла и монументальной архитектуры [в Египте] можно рассматривать как следствие усилившихся регулярных связей с Месопотамией и Левантом посредством торговли, переселений ремесленников и в особенности обмена знаниями и идеями политического и социального развития»[53], — пишет профессор Калифорнийского университета Дж. Д. Кларк.
Существует гипотеза, что быстрое распространение «неолитических» культур в районе Эгейского моря и по северным берегам Средиземного моря относится к середине V тысячелетия до нашей эры. В это время были заселены Италия и Мальта и, возможно, доставлен одомашненный рогатый скот в северо-восточную часть Туниса, откуда он проник в Сахару. Во всяком случае, в Сахаре в рассматриваемое время отмечается появление свиньи и овцы, которые в диком виде в Африке неизвестны и являются автохтонами Юго-Западной Азии.
Раскопки в пещере Хауа Фтеах в Киренаике свидетельствуют о том, что уже в V тысячелетии 80 процентов потребляемого обитателями этой пещеры мяса давали одомашненные овцы и козы, причем эти животные появлялись как бы внезапно, без постепенных этапов одомашнивания или приручения. Это можно расценивать как доказательство того, что они были доставлены сюда из Азии либо сухопутным путем — через Эль-Файюм, либо на морских судах — с Мальты и затем через Тунис. Факты столь активных контактов между странами древнего мира нас не должны удивлять. Начавшийся торговый обмен между Ближним Востоком и Северной Африкой прекрасно иллюстрируется, например, развитием торговли обсидианом, который добывался в каменоломнях на полуострове Малая Азия. Масштабы этой торговли поистине поражают: анатолийский обсидиан находят в Северной Африке, Месопотамии и Египте.
Соседство Египта и воинственных ливийских племен не всегда было мирным. В храмах Среднего и Нового царства имеется немало фресок, где египетские фараоны прославляют свои победы над голубоглазыми ливийцами, изображавшимися с более светлой кожей, чем негры. Но египетские фараоны нанимали ливийцев в свои войска, посылали в военные экспедиции против соседних народов, поручали охранять свои укрепленные пункты и города. В 950 году до нашей эры уже упоминавшийся Шешонк основал XXII династию фараонов, названную Ливийской, и объединил под своей властью Нижний и Верхний Египет.
Феццан лежал несколько в стороне от магистральных дорог древнего мира, однако его удобное географическое положение позволило ему сохранить видное место в торговом обмене между странами Средиземноморского побережья и странами южнее Сахары.
…Шоссе, по которому мы едем, довольно оживленно. Через каждые две-три минуты мимо с большой скоростью проносятся огромные грузовики американской фирмы «Мак», везущие в глубь Сахары трубы и оборудование для бурения на нефть и воду, бензовозы и трейлеры с 20-тонными морскими контейнерами. Все современные шоссейные дороги в Сахаре проложены по старым караванным тропам. Правда, раньше караваны ходили и за пределы Ливии, однако сейчас государственные границы с учетом не всегда дружественных отношений между соседними странами обычно ограничивают перемещение грузового транспорта пределами только Ливии.
По сложившемуся в течение веков в Сахаре уставу караванной торговли караваны выходили из городов и оазисов в определенное время и во главе с караван-баши, приказы которого были обязательны для всех торговцев и путешествующих с караваном. Каждый верблюд нес на себе две сумки по 75–80 килограммов и был привязан к хвосту идущего впереди верблюда. Путь по основным дорогам Сахары — от одного оазиса к другому, от одного колодца к другому — занимал два-три месяца. Но были и короткие переходы по дорогам местного значения — между близлежащими оазисами, занимавшие несколько дней.
Три основные караванные дороги в Ливии связали побережье с районами Центральной Африки. Одной из них пользовались в основном жители города Гадамес. Они спускались на юг до Гата, далее шли до Аира и Чиндера и затем, минуя земли племен азкар, хаккар и туарегов, прибывали в Кано. Другой путь: Мурзук — Гсджерхи — Бильма — озеро Чад. Караваны проходили л от более короткий и легкий путь за шесть месяцев гуда и обратно. Третий маршрут начинался в Бенгази, затем шел по территории оазиса Куфра и кончался в нагорье Тибести. Эта дорога в зависимости от сезона занимала восемь-десять месяцев в оба конца.
