Перечисленные караванные пути были известны всем, но каждое племя или жители того или иного города имели и свои, знакомые только им караванные тропы. Среди торговцев самой большой известностью, как считалось раньше, пользовались жители Гадамеса. Город лежал на бойком месте, и его купцы водили караваны не только на юг, в Нигер и Чад, но и на восток и север — в города и деревни нынешних Алжира и Туниса.
По этому поводу в конце XIX века у них были постоянные столкновения с французскими властями, которые пытались оградить финансовые интересы своих подданных и оказавшихся под их политическим контролем алжирских и тунисских купцов от посягательств купцов Гадамеса — подданных турецкого султана. И вот посылались письма и подарки в Триполи и Стамбул с просьбой заступиться за ливийских караванщиков, с подробным перечнем козней, которые позволяли себе французы.
В раннем средневековье самыми известными караванщиками в восточных районах Ливии были люди из племени маджбара, проживавшего на плато Барка в Киренаике. Следует подчеркнуть, что караваны не только развозили по оазисам Сахары и Ливийской пустыни товары. Через караванщиков жители пустыни знакомились с достижениями мусульманской культуры, арабским языком и законами ислама. Именно благодаря караванной торговле в центральных районах Африки проросли корни ислама, распространились арабский язык и арабская культура.
В 1551 году, в период царствования султана Сулеймана I Кануни (в европейской литературе — Сулейман Великолепный), турки-османы окончательно изгнали из Ливии на Мальту европейцев и установили над Триполи полное господство. Их заботило лишь укрепление ливийского побережья, поэтому глубинные районы страны, такие, как Феццан или оазисы Западной Сахары и Ливийской пустыни, пока оставались вне их интересов. А уже в 1638 году турецкий военачальник Мухаммед-паша Саказлы захватил в оазисе Ауджила (древний оазис Аугилы) среди прочей добычи 12 верблюдов, нагруженных золотом. Этот факт не остался незамеченным, хотя сведения о размерах золотого трофея, приводимые в арабской исторической литературе, скорее всего несколько преувеличены.
Военная экспедиция в оазис Ауджила была организована турками для того, чтобы взять под контроль важную караванную дорогу в другие оазисы, где купцы из Центральной Африки обменивали золотой песок на ткани, стеклянную посуду, оружие, доставленные с побережья. Мухаммед-паша, который уже сам стал владельцем больших караванов, переплавлял золотой песок в слитки и сбывал их в европейские страны. Пришедший ему на смену Осман-паша Саказлы монополизировал всю караванную торговлю, и напуганные купцы бежали со своих насиженных мест, боясь конкуренции всесильного паши.
В 1714 году к власти в Триполи пришла династия Караманлы, правившая до 1835 года. Ее основатель Ахмед Караманлы заманил около 400 османских офицеров в замок, перебил их и провозгласил себя правителем Триполи. Ему удалось смягчить гнев слабого султана Ахмеда III, который даже признал его наследственным пашой. Все Караманлы интересовались торговлей больше, чем кто-либо из предыдущих правителей. Торговлей занимались даже женщины правящей фамилии, которым удавалось заключать очень выгодные сделки.
Во время правления Юсефа Караманлы торговля в Ливии еще более оживилась. Триполи и Феццан стали посредниками между Тунисом, Египтом и Суданом. Особенно процветал Феццан. Его правитель преподнес триполийскому паше подарок, цена которого составляла 15 тыс. долларов по курсу того времени, что свидетельствует о значительных доходах этой области. Основную прибыль Феццану приносила работорговля: 4–5 тыс. рабов, ежегодно переправлявшихся через территорию Феццана, как и прочий товар — ячмень, пшеница или страусовые перья, облагались налогом. Отдельные пиастры складывались в огромные суммы и оседали в руках местной знати, купцов и турецких военачальников.
Юсеф-паша не был похож на восточного деспота, грубо обиравшего купцов. Понимая значение караванной торговли для своего обогащения, он решительно боролся против разбойников и грабителей — строил укрепления, замки и гостиницы, где могли укрыться застигнутые непогодой караванщики. Особенно много постоялых дворов было в Триполи. Здесь собирались торговцы не только со всей страны, но и из Судана, Туниса, Чада и Египта. Немецкий путешественник Д. Рольфс, посетивший Триполи в 1864 году, писал под впечатлением увиденного следующее: «Кто хочет править Суданом, Нигером и Чадом, должен стать хозяином в Триполи». Рольфс в 1869 году вторично посетил Триполи, а в 1878-м — в третий раз; проехав из Триполи через плато Барка в Киренаике, он был первым европейцем, ступившим на землю оазиса Куфра.
