— Хорошо. Тогда я сам постараюсь вам вкратце пояснить, что происходит, зачем вы здесь, и чего вам ожидать в дальнейшем. Лилия просила обратить на вас особое внимание, так как вы более других нуждаетесь в помощи… Итак, начнём с того, что все женщины вашего мира, имеющие на себе ошейник, имеют способности к магии. Ошейник был призван блокировать, глушить эти способности, делать вас послушными, чтобы вы не могли выйти из-под контроля и причинить вред тем, кто распоряжался вашей жизнью. И ваша природная магическая сила оставалась нереализованной на протяжении всего вашего недолгого существования, вы даже не догадывались о ней. Теперь вы здесь — в том мире, где все насыщенно магией и где ваши способности, больше не сдерживаемые серебряными ошейниками, непременно получат развитие — каждая из вас найдёт своё призвание в той или иной области магии и сможет принести пользу, действуя во благо. Собственно, теперь, когда ваша магическая суть свободна, вы будете меняться изо дня в день, открывая в себе много нового и прекрасного. Уверен, что вы уже почувствовали нечто подобное, не правда ли, мисс Молли?
Он заглянул ей в глаза, и Молли, в которой в этот момент всколыхнулась явственно осознаваемая сила, кивнула.
— Итак, мисс Молли, — продолжил Деметриус, — должен вам сказать, что в дальнейшем вам предстоит привести своё тело в порядок. Уверяю вас, что ваш изношенный организм при помощи наших методов вернётся к тому же состоянию, в каком был в восемнадцатилетнем возрасте. Совершенно неважно, сколько времени вас эксплуатировали в питомнике — мы умеем делать достойных людей молодыми и здоровыми, давая им возможность начать жизнь заново и жить очень, очень долго, исполняя свои желания и мечты, совершенствуя свою душу и неся в мир добро и справедливость. Словом, вас и ваших сестер ждет много приятных открытий… А сейчас я должен обследовать вас, чтобы можно было направить ваш магический талант, пока что имеющий вид бесформенной субстанции, в правильное русло. Расслабьтесь, мисс Молли… Это совсем не больно…
И он опять улыбнулся, этот удивительный юный мужчина Деметриус — и Молли действительно расслабилась.
А он в это время вытащил из-за ворота рубашки чёрный удлиненный камень-подвеску и, держа его перед собой, застыл, глядя на стоящую перед ним женщину. Он смотрел словно бы вглубь неё, и в глазах его проносились бледные всполохи.
Длилось это недолго, и за это время Молли прониклась ещё большим расположением к мальчику-магу — а то, что он великий маг, для неё было совершенно ясно.
Затем он удовлетворенно кинул и спрятал камень обратно под рубаху.
— Ну что ж, мисс Молли… — сказал он, и в голосе слышалась теперь некоторая торжественность, — у вас поразительно сильный магический талант. Я бы сказал, целый океан таланта… Вы — маг Жизни, это однозначно. Мощный маг, каких мало. Теперь вот что… Прежде чем вы научитесь управлять своей магической силой, вам, как я уже говорил, предстоит поправить своё здоровье. И поэтому вы сейчас пойдёте к доктору Максимовой — она подробно исследует ваше физическое здоровье и назначит лечение. И когда вы его пройдете и, полная сил и энергии, придёте ко мне, то мы проведем обряд магической инициации, после чего вы станете настоящим практикующим магом и получите свой камень — вроде того, что у меня… А теперь мне остается лишь пожелать вам скорейшего выздоровления… До новых встреч, мисс Молли.
И как только он попрощался, вновь улыбнувшись своей прекрасной улыбкой, дверь открылась, и та же остроухая девица пригласила Молли следовать за ней.
Будучи совершенно ошарашенной только что услышанным от мальчика-мага, погруженная в мысли, Молли не замечала ничего вокруг. И вот она оказалась в ещё одном кабинете с белыми стенами. Тут все было почти так же, как в комнате у Деметриуса, за исключением того, что, помимо стульев, имелась ещё и удобная кушетка для лежания, покрытая белоснежной простынкой.
Женщина, что встречала Молли, напомнила той о девочке-докторе, потому что выглядела похоже: белый халат, шапочка. Но при этом вид её, в отличие от маленькой шалуньи, был чрезвычайно серьёзен и сразу внушал почтение. Бывшая матка никогда не видела ТАКИХ женщин — деловитых, уверенных, важных, и в то же время лучащихся добротой. В её прежней жизни таких просто не могло существовать. И вся душа её, чистая и невинная, не знавшая ничего, кроме стен барака, равнодушных чернокожих нянек и безропотных товарок, открылась и потянулась к этой докторше…
— Проходи, милая, — сказала та приветливо и, увидев, что пациентка взялась за край платья, добавила: — Нет-нет, раздеваться не надо… Ты у нас Молли, так? Ложись вот сюда, на кушеточку. Меня зовут доктор Максимова, будем знакомы.
Молли легла на кушетку, ожидая, что сейчас её начнут ощупывать, как делал это доктор Митчелл.
Но вместо этого доктор Максимова просто склонилась над ней и стала скользить взглядом по её телу, одновременно кивая каким-то своим заключениям. Это продолжалось несколько минут.
