Силы закончились полностью в миле от скал, но я продолжал переставлять ноги из чистого упрямства. Уж если старец, которому запросто может быть и две сотни лет, способен пробежать по пустыне, значит, смогу и я. Хотя бы с помощью ярла Виглафа. Тот буквально тащил меня за шкирку, вонзив полный глухой злобы взгляд Харишу между лопаток. И я не слишком-то заставлял себя избавиться от назойливого желания догнать, ударить, свалить на землю и свернуть тощую шею… Это хоть как-то помогало двигаться дальше, когда в крови закончились последние молекулы кислорода, глотка пересохла до состояния пустыни вокруг, а правый бок заболел так, будто туда вогнали четыре тальвара одновременно.
Когда песок под ногами сменился камнями, бежать стало чуточку легче — зато теперь мне приходилось внимательно смотреть, куда ставить ноги. Хариш скакал с валуна на валун, как горный козел, а я то и дело падал, расшибая локти и колени — и только упрямство заставляло меня снова и снова подниматься и ковылять дальше, ловя затухающим взглядом загорелую дочерна спину с острыми лопатками. Когда Хариш, наконец, остановился, сил злиться не осталось уже даже у ярла Виглафа. Он лишь неразборчиво бормотал в звенящей от усталости голове, умоляя отпустить его. Кажется в Небесные Чертоги Всеотца Одина…
— Неплохое место. — Хариш огляделся по сторонам и шумно выдохнул через нос. — Вполне подходящее, чтобы начать твое обучение, Рик-северянин.
Начать? НАЧАТЬ?!
Не знаю, сколько прошло времени — солнце успело лишь слегка приподняться над горизонтом — но для меня оно растянулось чуть ли не в вечность. Физкультура в старшей школе, футбол в колледже и нечастые походы в качалку — за все годы вместе взятые — оказались лишь бледной тенью того, что вытворял со мной Хариш. Уже через четверть часа я готов был умолять его вернуться в Ашрей. Легкая пробежка в несколько миль? Ничего сложного… Особенно если сравнивать с прочими упражнениями для начинающих адептов Вуса-Мату.
Я прыгал, приседал, отжимался, носился по камням туда-сюда боком и спиной, крутился во все стороны, и когда организм решительно посылал меня к черту и готовился умирать… Все начиналось заново — только на этот раз с Харишем на плечах.
— Ты сам не ведаешь предела своих сил, Рик-северянин, — повторил он, легко спрыгивая с моей спины. — И лишь подобравшись к нему, ты узнаешь, на что способен на самом деле. Крепость тела и духа растут только там, где нет усталости, лени и страха. Все, что не убьет тебя сегодня, сделает лишь сильнее завтра.
— Я сам готов убить за глоток воды, Мастер Хариш, — проворчал я. — Разве мы не могли взять с собой мех или бутыль?
— Твое тело и так наполнено водой, как Канкай весной, Рик-северянин. — Хариш расплылся в воздухе и неуловимо быстрым движением ударил меня ребром ладони в живот. — Верблюд может обходить без питья семь дней — и пусть поразит меня могучий Индра, если ты не продержишься вдвое больше!
— Я не продержусь и часа, если ты будешь так меня колотить! — выдохнул я, сгибаясь пополам. — За что?..
— Удивительно, как мало силы скрыто в таком большом теле. — Хариш покачал головой. — Не стоит жалеть себя, Рик-северянин. Думаешь, твои враги дадут тебе отдышаться, если ты устанешь? Нападай!
— Что? — просипел я, пытаясь отыскать во рту хоть каплю слюны, чтобы смочить пересохшее горло.
— Нападай. — Хариш встал в боевую стойку. — Попробуй ударить меня хоть раз.
Ударить этого мучителя? Я вдруг подумал, что это не самая плохая идея — и ярл Виглаф, и даже Амрит хором согласились. Я кое-как выудил из обрывков чужой памяти правильное положение тела, и Хариш одобрительно кивнул… но на этом все хорошее для меня закончилось.
Я наседал на него, неуклюже размахивая в воздухе руками и ногами, а он отходил и уворачивался, будто бы перетекая из позиции в позицию. Ему даже не приходилось всерьез торопиться — Хариш словно видел любое мое движение еще до того, как я его начинал, и через мгновение исчезал прямо из-под уже готового врезаться в плоть кулака. Даже короткие вспышки Джаду ничем не могли помочь — он все равно оказывался в сотню, в тысячу раз проворнее — и при этом никуда не спешил.
— Ты издеваешься надо мной? — Я едва удержался на ногах после очередного неудачного выпада. — Так я никогда не смогу поймать тебя!
— Сможешь, — улыбнулся Хариш. — Я не желал унизить тебя, Рик-северянин. Только лишь узнать, как ты сражаешься.
— Никак! — Я сжал кулаки. — Я ничего не знаю!
— Это пройдет со временем. — Хариш склонил голову и повернулся ко мне спиной. — Вуса-Мату — великое искусство, объединившее всех Кшатриев, но и у каждого — свое Вуса-Мату. Ты не такой, как я или Бабур — но это не значит, что ты хуже. Ты найдешь свой путь — как я нашел свой.
— На это уйдет целая жизнь, — простонал я, опускаясь на камни.
— Куда больше, Рик-северянин. — Хариш не стал ругаться и уселся напротив. — Как и дух воина, Вуса-мату не имеет ни начала, ни конца. Нет цели — только Путь, который и есть цель сам по себе.
