- А какой ему в этом смысл? Ведь он такой же член семьи, у которой вы отнимаете часть состояния. Насколько известно, он не очень богат, точнее, совсем не богат, и обеспечивает семью только своей небольшой зарплатой, плюс какие-то деньги, перепадающие его жене из общего семейного котла. Поэтому, вполне вероятно, он может показать, что вы отлучались из комнаты, и тогда круг окончательно замкнется. У вас есть возражения?
Наум молчал, желая понять, почему этот человек-телескоп пытается загнать его в угол, посеять страх, подавить сопротивление. Почему он взял на себя функции прокурора, а не защитника? Первые минуты, от неожиданности, он действительно растерялся, представляя себя в положении, навязываемом собеседником. Но, постепенно, стало подниматься знакомое с детства чувство злости и силы, как перед выходом на драку один на один с обидчиком. Однако, эта комната — не поляна в парке, а сидящий напротив чиновник не пацан, которому нужно набить рожу. Другой ринг и другие правила. Прежде всего, нужно взять себя в руки и понять, чего тот добивается; похоже, что до этого была только артподготовка, а атака еще впереди.
- Что же вы молчите, Наум Григорьевич?
- Пытаюсь понять, Иван Сергеевич, чем я так провинился перед Вами.
- Передо мной? Да вы, наверное, шутите! Просто вы выпорхнули из родного теплого гнездышка, прилетели в чужой лес, где другие звери и иные законы. Вот я и пытаюсь кое-что объяснить и помочь как соотечественнику, попавшему в переплет.
- Как же вы мне можете помочь?
- Прежде всего, дорогой земляк, мне нужна полная ясность. А уже потом будем искать выход. Итак, вы провели достаточно длительное время в беседе с господином Кимом Форби. О чем шла речь?
- Ни о чем конкретном. Мы встретились впервые, он спрашивал о нашей стране, Москве и, как оказалось, его познания были далеки от истины. Пришлось, грубо говоря, объяснять, что медведи не ходят по улицам. Но что касается наших общих профессиональных интересов, должен отметить его хорошую подготовку; оказалось, он даже знаком с некоторыми моими работами.
Наум поймал себя на откровенном желании похвастаться и прикусил язык.
- Что же вы замолчали, продолжайте. Знакомы ли вы с его работами?
- Нет, они мне не встречались. Но, по первому впечатлению — он толковый молодой человек и работает в солидном институте. Были у него личные проблемы, так что ему предстоит наверстать упущенное.
- Как я понял, вы нашли общий язык со своим родственником и коллегой?
- Надеюсь, что да, но это не столь важно.
- А зря, Наум Григорьевич. Расширение научных связей со специалистами передовых и дружественных нам государств — весьма полезно для нашей страны. Думаю, и вам не безразлично находиться в курсе мировых достижений в вашей области.
Туман, кажется, начинал рассеиваться, — Наум почувствовал приближение момента, ради которого второй день его усиленно «перепахивают» в посольстве: от имени страны Советов, в лице этого чиновника, ему предлагается новое поле деятельности. Что это — признак доверия или петля на шею? А может, и то, и другое? Если судить по вступительной речи Товарища, весьма напоминающей неприкрытую угрозу, ему не оставлены варианты для выбора. Значит, опять «Пятый угол»?
- Могу ли я расценивать ваше молчание, Наум Григорьевич, как знак заинтересованности в этом предложении?
«Форсирует события, — показалось Науму. — Можно прикинуться дурачком и выиграть время, а там видно будет».
- Я не совсем понял, о каком содружестве идет речь, и каково мое участие в нем? Предполагается заключение соглашения между странами о проведении совместных исследований или обмене информацией?
Иван Сергеевич даже поморщился от такого ответа, но тут же взял себя в руки и продолжил:
- Вы смотрите слишком далеко вперед. Прежде чем выйти на такой высокий уровень, необходимо обладать конкретной информацией о потенциале английской стороны, и мне поручено передать вам предложение решить эту проблему. Хотите знать почему? Буду откровенен с вами, взаимно, конечно. Во-первых, ваша высокая квалификация и известность среди специалистов, во-вторых, возможность общаться с мистером Форби не вызывая подозрений и, наконец, свободное посещение Великобритании, родственников и вашей будущей собственности.
«Намек более чем откровенный, и совершенно бесперспективно валять дурака. — Мысль заработала в поисках выхода из тупиковой ситуации. — Сказать «да» и вляпаться в это дерьмо исключается, сказать «нет» — реакция этой команды непредсказуема».
- И все же, не думаю, что я — самая подходящая кандидатура для такой работы.
- Почему?
- Не скажу, что я популярная личность в Англии, но среди специалистов в области моих научных интересов фамилия Вольский известна. Так что частные контакты с Форби, даже если он мой родственник, будут взяты на контроль соответствующими местными органами.
- Вы правильно мыслите, Наум Григорьевич. Но все же — начните работать, а там посмотрим.
- Прежде чем дать ответ, я хочу обдумать все как следует.
- Жаль, что мы теряем время, но это — ваше право. Только недолго, пожалуйста.
