казывают, но в Испании я встречал одного очень смелого ев(

рея, который сражался с фашистами. Наши пути пересеклись

еще раз, в другой стране. Родом этот смельчак был из Одессы,

хотя по(русски говорил с большим акцентом. Так что - выше

голову, мальчик, и не давай себя в обиду!

Когда Наум вернулся домой, глядя на его вид, бабушка толь(

ко вздохнула:

– Почему же ты дрался сегодня?

– Я бил, чтобы доказать, что евреи не трусы.

– И доказал?

– Не успел. Помешал какой(то мужчина.

И Наум рассказал об этой встрече. Вдруг он увидел, как из

бабушкиных рук падает и разбивается тарелка.

А вечером, когда вернулись с работы папа и мама, все ужи(

нали за празднично накрытым столом. Наум не понял - по(

чему, но был рад, что у всех хорошее настроение и его не бу(

дут отчитывать за очередную драку.

Через десять лет, когда мама рассказала ему историю Да(

вида, Наум понял - в тот день он принес домой маленькую

радость и надежду. Но бабушка больше ничего не узнала о

своем старшем сыне. Она умерла в 1960 году.

Минуло более двадцати лет; Давид не давал о себе знать.

Постепенно мысли и разговоры о нем в семье стали затухать.

Родители давно ушли на пенсию, жили отдельно, и редко, по

юбилейным датам, вспоминали Давида и ушедших в мир

иной бабушку и дедушку…

… Летом Наум с женой и двумя детьми отдыхал на Кавказ(

ском побережье Черного моря. Неожиданно пришла теле(

грамма от родителей, в которой значилось, что они живы(здо(

ровы, но просят срочно связаться по телефону: взволнован(

<p id="bdn_18">15</p>

ным голосом отец сообщил о звонке родственников из Одес(

сы: оказией на них буквально свалилась маленькая бандероль

из Англии, от Давида. Отец, естественно, волновался, что при

пересылке по почте весьма вероятен риск утери слишком

дорогой бандероли, и просил съездить в Одессу.

Через два дня Наум уже держал в руках несколько фото(

графий и короткое, написанное на английском языке пись(

мо, и в тот же вечер, по телефону, сообщил чрезмерно взвол(

нованным родителям его содержание. Давид писал, что жив,

хотя и не совсем здоров, живет или в Лондоне или недалеко

от Оксфорда, женат, имеет четверых уже взрослых детей и

внуков. Извиняется, что не сообщает подробностей, так как

уже посылал несколько аналогичных сообщений, а ответа не

получил.

Отпуск был сокращен, и в Москве на семейном совете об(

суждался лишь один вопрос: могут ли повредить Науму, за(

нимающему руководящую должность во Всесоюзном инсти(

туте, контакты с близкими родственниками за границей. Пос(

ле долгих и эмоциональных дебатов, учитывая, что в после(

дние годы появились послабления в туризме за рубеж, по на(

стоянию самого Наума в Лондон было отправлено подроб(

ное письмо с фотографиями. Опережая вопросы и действия

со стороны органов, он сообщил в первый отдел института о

появлении дяди, пропавшего без вести шестьдесят лет назад.

Через некоторое время пришло и радостное, и печальное

письмо от Давида, где он сообщил, что серьезно болен; врачи не

обещают ему много времени, а он мечтает увидеть всех нас.

Более полугода было потрачено на борьбу с бюрократией:

получение «добро» от партийных и советских органов и визы

на въезд в Соединенное Королевство. Особое «удовольствие»

доставили беседы с дирекцией института и очень спокойным

и вежливым представителем органов: встреча с ним длилась

более двух часов, причем первоначально была сделана по(

пытка объяснить бессмысленность поездки «неизвестно куда

и неизвестно к каким дальним и незнакомым родственни(

кам», а затем высказано «отеческое» наставление, и пожела(

ние умного и бдительного поведения. Особо «ободрила» На(

ума «просьба» товарища о встрече по возвращении домой.

16ГЛАВА 3

Профессионально(безразличный голос стюардессы объя(

вил долгожданную новость о снижении самолета в аэропор(

ту Хитроу и, естественно, о необходимости занять свои мес(

та и пристегнуть ремни безопасности. Пассажиры дружно за(

шевелились, зашумели, захлопали спинками кресел; склады(

вались сумки, пакеты.

Людмила Григорьевна безуспешно пыталась найти концы

ремней в складках пледа, закрывающего ее колени.

– Прикажете вас пристегнуть, сестричка?

– вы уже готовы выполнять мои приказы?

«Знакомства и расставания в самолетах и поездах легки и

ни к чему не обязывают, - подумал Наум, - обмен адресами и

телефонами, желание встретиться и продлить общение с ин(

тересными или нужными людьми заканчиваются, в лучшем

случае, одним(двумя звонками. Такова реальная жизнь с ее

запрограммированным ритмом, массой обязательств, плана(

ми, часть из которых так и остается невыполненной. Но, тем

не менее, мы каждый раз попадаемся на эту удочку в надеж(

де, что это - именно тот самый счастливый случай, который

обязательно внесет свежую струю в однообразный ритм по(

вседневных забот». Не пытаясь анализировать «что и зачем»,

чисто интуитивно, он почувствовал, что желание продлить

знакомство для них обоюдно. И, оставив вопрос без ответа,

сказал:

– Как вы себя чувствуете, сестричка?

– Спасибо, голова не болит - помогли ваши таблетки, но

тяжелая и пустая.

– Что же вы будете делать без них в Англии?…

– Вы желаете дать мне сейчас еще несколько?…

– Я бы предпочел вручать их лично, в каждом конкретном

случае.

Перейти на страницу:

Похожие книги