Имея позиционное преимущество, мне удалось хорошо рассмотреть нашего гостя. Среднего роста, насколько можно судить о росте, находясь на три ступеньки выше, стройный, примерно моего возраста, ну, может, на пару лет старше. Темные ухоженные волосы и черные модные очки, по-пижонски поднятые на лоб. Классический итальянец с рекламной картинки глянцевого журнала. В другой раз я бы, наверное, рассмеялся, но сейчас не та ситуация.
– Сеньор Мериновски уехал еще вчера, – лицо моего собеседника изобразило крайнее удивление, – а вы уверены, что он назначал вам встречу именно на сегодня?
Так. Можно сказать, повезло. Было бы хуже нарваться здесь на наших оппонентов или же наоборот, прийти сюда, опоздав на пару недель. Теперь надо вытащить из нашего гостя побольше информации.
– Уверен ли я? Разумеется, я в этом уверен, как и в том, что я купил это предприятие, заплатив хренову кучу денег, а теперь, значит, твой шеф от меня скрывается, – я постарался придать своей физиономии максимально возмущенный вид, в то же время, не переигрывая.
Мой напор возымел должное действие. Гость явно растерялся, а в его глазах вдруг блеснула какая-то мысль. Похоже, он соотнес информацию об этой, якобы, продаже предприятия с отъездом своего хозяина и теперь события, бывшие доселе для него необъяснимыми, вдруг получили свое простое объяснение. Ну вот, правильно. Лучше думай, что хозяин твой – мошенник. Больше вероятность, что начнешь сейчас выслуживаться перед новым руководством.
– Вообще, их отъезд планировался еще с месяц назад. Я не знаю, почему он мог назначить встречу сеньору на сегодняшний день. Наверное, произошло недоразумение.
Ага! «Их» – значит на «Авроре», а я теперь не сомневался в прямой связи этого отъезда и окончанием ее ремонта, отплыли несколько человек. И явно не на морской пикник. Может наш гость знает, куда они направились? Мое лицо приобрело зловещее выражение, и я как можно более мрачно произнес:
– А вот мне почему-то кажется, что твой бывший хозяин специально назначил встречу на следующий после отъезда день. Похоже, он не подумал о последствиях. А зря. За такие деньги его найдут хоть на дне морском.
Тут я решил, что держать человека на лестнице и дальше было бы неприличным и сделал приглашающий жест в сторону галереи.
– Пройдем, побеседуем.
Кажется, я слегка перестарался и напугал его больше, чем сам того желал. По крайней мере, с момента моего приглашения и до того, как он сделал шаг на следующую ступеньку, произошла небольшая заминка. Я посторонился, пропуская его вперед. Несколько предательских капелек пота блеснули у него на лбу. Наверное, все время, пока работал на Мериновского, трясся от ужаса перед «русской мафией». Сейчас прикидывает, чем его будут пытать – утюгом или паяльником?
Наш сицилийский друг, увидев в кабинете Саню, сидящего за компьютером, совсем упал духом. Я взял стул из угла комнаты, переставил его поближе к столу с компьютером и сделал приглашающий жест. Гость молча повиновался.
– Ну, рассказывай, чем занималось предприятие последний год? Где документация?
– Если вас интересует бухгалтерия, то все документы находятся внизу. Там же техническая документация по заказам. Здесь в столе обычно лежат чертежи по тем заказам, которые находятся в работе. В компьютере тоже должна быть информация.
– Что сказал Мериновский? На сколько он собирался уезжать? И что, он ничего не говорил о том, что продает предприятие?
– Насчет продажи ничего такого не говорил. А сказал, что уехал на месяц. Где-то пару недель назад объявил, что завод закрывается, и все отправятся в отпуска. Как раз тогда закончили один заказ, а больше работы не было. А то, что работы не стало, так это он сам и виноват. До него худо-бедно были постоянные заказы от «Эни», да и для портовых тоже постоянно что-то делали. Так эти русские когда приехали, что в работе было, то докончили, а нового уже ничего не брали. Ни один постоянный контракт не продлили.
Я насторожился, обратив внимание, что глазки у него забегали, но потом понял, что это он решил, будто обидел меня, сболтнув лишнего про «этих русских», и испугался.
– А ты чем занимаешься на заводе? Должность-то у тебя какая, вообще?
– Последнее время моя должность – что-то типа начальника цеха. Я еще при Орсолини работал сначала сварщиком, заведовал складом инструмента. Потом в Сиракузах окончил техническую школу, и меня поставили руководить работой в цехе. Я ведь знаю все правила конструкторской документации, на компьютере работаю. В «Рину» в Катанью я постоянно езжу.
– Какую Рину?
– Ну, Итальянский морской регистр в Катании, – дальше он плавно перешел к перечислению своих профессиональных достоинств.
Я понял, что это перечисление может затянуться надолго, и оборвал его.
– Слушай, а вот ты говорил, что только-только закончили какую-то работу. Что это за работа была?
– Последний год, фактически, только один контракт был с испанской обсерваторией. Да и яхту одну еще переделывали, но это так, мелочевка.
– Что за яхта-то?
