Пока я задумалась, меня незаметно сопроводили к дверям спальни.
– Цветочек, – призвал вернуться в реальность Хам, – с тебя поцелуй и марш спать!
Я тут же внутренне ощетинилась властным приказам.
– Да, папочка, – ответила голосом примерной девочки.
Я клюнула его в щёку и скрылась за дверью. До меня донеслось приглушённое ругательство, рык, но все быстро оборвалось.
Некоторое время я посмеивалась над выражением лица высшего демона перед тем как захлопнула дверь, а потом меня стали мучить угрызения совести. Ведь он мне помог, не отказал, не стал вмешиваться, молча наблюдая за вандальными действиями адептов в музее. А я над ним посмеялась, напомнив о разнице в возрасте, когда он попросил поцелуя. Нужно было поцеловать, он это заслужил.
Я уже давно переоделась, но так и не легла, не находя себе места. Наконец, решилась, и толкнула смежную дверь между нашими комнатами.
Спальня демона встретила меня темнотой и тишиной. Он спит? Так обидно стало. Я тут переживаю, а он спокойно дрыхнет! Но вместо того, чтобы уйти, почему-то сделала шаг, а потом ещё один в сторону большой кровати, находящейся на возвышении. Ноги сами подняли меня по ступеням подиума, глаза уже привыкли к темноте, и я обнаружила, что на кровати никого нет. Постель вообще не тронута!
Быстрое изучение покоев убедило, что высшего тут нет. Он не переодевался и ванну не принимал. И даже не прятался в шкафу. Ушел на ночь глядя? Куда? В душе запекло от незнакомого чувства. Не сразу я поняла, что это жгучая ревность. Наррово племя, какое же оно отвратительное!
Куда он мог пойти так поздно? Что у него за дела? В гости в такое время не ходят, а из возможных мест на ум приходил лишь «Дворец наслаждений».
И тут же внутри зашипело что-то. Развратник! Пошёл за поцелуями?
И явно не только за ними!
Как-то неожиданно во мне проснулось чувство собственности. Не знаю, когда я стала воспринимать этого невыносимого высшего своим. Всю ночь я прислушивалась к малейшему шороху через стену, даже ещё два раза наведывалась в соседние покои, но они оставались всё так же пусты. Противное чувство кусалось изнутри, жалило и наконец я провалилась в сон. Совершенно измученная непривычными переживаниями.
Сон не принёс успокоения, и утро я встретила в скверном расположении духа. Спускаясь к завтраку, была такая же мрачная, как и интерьер дома. А при взгляде на безукоризненно одетого супруга, который выглядел бодрым и собранным, стала ещё мрачнее. Вот где справедливость? Мне еле-еле удалось избавиться от следов бессонной ночи используя экспресс-средства, а то была похожа на зеленоватое умертвие. Даже со своим эльфийским шармом. Он же цветёт и пахнет, хотя вернулся позже, чем я заснула!
Нет справедливости, если тебя утащили замуж, да еще за высшего.
Небось еще и целоваться полезет. Пусть попробует!
Но я ошиблась.
На этот раз манеры Хама были безукоризненны, но меня совершенно не радовали. Он едва-едва прикоснулся к моим пальцам, приветствуя. Ни на йоту не нарушая этикет! Как будто и не рад меня видеть. Никогда ещё меня так не бесило выражение холодной вежливости на лице, принятое в обществе. Такое подходило больше Иррилию, но не Хаму. Так и захотелось муху ему в чай подбросить, чтобы хоть как-то избавить его от невозмутимости. Я сразу вспоминала нашу первую встречу. Но там в его взгляде хотя бы мелькало высокомерие, а тут голая вежливость.
Стиснув столовые приборы, я давилась завтраком, не чувствуя вкуса. Выбранная Хамом тема для разговора за столом была не менее пресна – о погоде! Нет бы обсудить вчерашнее приключение или планы на сегодня. Нет, мы перебрасывались ничего не значащими фразами.
Я хотела ночью прибить Ильмеру? Так вот, то были мелочи.
– Как спалось на новом месте?
– Прекрасно, – процедила я.
Тень недоумения мелькнула в его глазах и, скрывая свои чувства, я вежливо поинтересовалась в ответ:
– А тебе?
– Замечательно выспался.
«Где?» – сразу возник в голове вопрос.
Руки дрогнули, и столовые приборы звякнули о край тарелки. Отложила их от греха подальше. Высший имел все шансы стать первым демоном, погибшим от столового ножа.
– Кажется, я сыта.
Встала из-за стола и поспешила сбежать к себе, сославшись, что нужно посмотреть свои записи перед лекцией.
В Академии ночное появление калмана вызвало не меньше обсуждений, чем учения. Что примечательно, влюблённого Декста не выдала ни одна из девушек, а присутствие других участников событий для остальных осталось тайной. Все свидетельницы клялись, что калман был живой. Утром даже территорию прочёсывали. Но я не зря учила адептов, и следы, ведущие к музею, они затёрли.
Музей тоже проверили. Сторожа даже похвалили, что хорошо ухаживает за чучелами калманов, на них нет никакой пыли. Тот отнекиваться не стал, а на его задумчивый взгляд в чучел внимания не обратили.
