Прежде мне не доводилось участвовать в подобных мероприятиях. В столицу ездил Барашт, а принявший после него дела Лотеску отчитался за месяц по визуальной связи. Знала бы, в Нэвиле осталась. Скучища смертная!
Час дня. Народ, давно пора проветриться и выпить кофе!
То ли мысли материальны, то ли выдержка министра таки дала брешь, но он наконец объявил долгожданный перерыв. Я вместе с другими секретарями поспешила накрывать стол в соседнем помещении. Эдгар мгновенно оказался рядом, помогая молоть кофе.
— Твой тоже чай не пьет? — он покосился на пакет с зернами.
Кивнула и потянулась за чашкой. Времени мало, нужно успеть.
«Мой».
Мысленно хмыкнула. Кое-кто сегодня играл в собственника. Подумать только, Эмиль Лотеску, как низко вы пали! Или Эдгар прячет парочку секретов?
Искоса глянула на мужчину, который сноровисто утрамбовывал молотый кофе в пищевой накопитель. Не мужская это работа, наводит на мысли. На любителя себе подобных Эдгар не похож, значит, интересуется женщинами. Начальницей? М-да, может, Лотеску действительно хотел предупредить? Положим, мы частенько перебрасываемся пикантными фразочками, но сегодня он столь явно выражал недовольство моим флиртом, на миг показалось — ревнует. Теперь, поразмыслив, решила приглядеться к новому знакомому.
Эмиль Лотеску не романтик, сомневаюсь, будто он вообще когда-то влюбится. Женится на знатной богатой наследнице, продолжит гулять, сменит не одно руководящее кресло. Я, надеюсь, тоже чего-то добьюсь до сорока. Лет через пять подумаю о ребенке. Найду какого-то Эдгара, забеременею. Лишь бы к тому времени денег скопить, дети — удовольствие дорогое. А брак… Уже пробовала заводить женихов и по расчету, и по любви, результат один и тот же. Ну их!
— В первый раз в столице? Прежде я вас не видел.
— А вы частенько здесь?
Помучавшись, запихнула кофе в накопитель и нажала кнопку. На работе все по старинке, а тут последнее слово техники.
— В пятый раз. — Ага, засиделся в приемной. — Так как?
— Вы угадали, в первый. Жуткий муравейник! — пожаловалась я. — Боюсь, если выйду одна из гостиницы, потеряюсь.
Рассмеялась и с намеком посмотрела на Эдгара. Я тебе повод для свидания даю, догадайся! Заодно пойму, стоит ли тратить время. Все же должность секретаря специфическая, почетно занимать ее при министре, а тут в основном кофе, письма.
Эдгар намек понял, предложил показать Штайт. Разумеется, согласилась.
— Твой не рассердится? — неожиданно поинтересовался новый приятель, укладывая щипцами кусочки сахара на блюдце. — Мне показалось, ему не понравилось мое внимание.
Пожала плечами.
— Пусть сердится, я не его любовница.
И шепотом уточнила:
— Что, действительно сердился?
Ну начальник, каждый день сюрпризы! Что мне с ними делать-то?
— Ага, — живо отозвался Эдгар. — Такой взгляд бросил! Знаешь, этакую смесь презрения и угрозы. Мое, мол.
Отшутилась и задумалась. Положим, наши отношения давно вышли за рамки рабочих, не раз ловила себя на мысли, что походим то ли на супругов, то ли любовников, но воспринимала как игру. Нужно аккуратно поговорить с хассаби, выяснить его намерения.
Может, Эдгар все выдумал? В конце концов, Лотеску ни разу не звал в постель. С другой стороны, чувствовала: что-то не так. Только вот «не так» меня полностью устраивало, в том и проблема.
Ладно, давай рассуждать логически. Он с тобой спал? Спал. Ну, и какой интерес представляет тридцатилетняя судимая девица без связей и денег для амбициозного начальника? Покувыркаться месяцок? Так ты не королева красоты, да и спать, с кем работаешь, — верх пошлости и идиотизма. Лотеску не завел интрижки ни с одним секретарем, а с тобой вдруг? Угу, щас! Вот и успокойся.
Подхватив поднос с чашкой и бисквитами, поспешила в зал. Сначала еда начальству, потом можно перекусить самой, в той же буфетной.
Увлеченный беседой с коллегами Лотеску кивнул и, казалось, не заметил бы, упади рядом звезда.
Романтическая версия с треском провалилась. Вот он, Эдгар, рядом, подмигивает, а начальник не смотрит. Неинтересно ему — тут руку на отсечение даю, повадки хассаби изучила.
Эдгар оказался забавным малым, начитанным, но немного заносчивым. Сразу видно, избалован женским вниманием. С его слов, он отличный организатор, чуть ли не лучший личный помощник в городе. Эдгар не скупился на похвалы себе, подробно рассказывал, как спасал совещания, помогал выйти из щекотливых ситуаций. Слушала, слушала и нанесла удар под дых, поведав о прежней должности. Так, сама не желая, превратилась в самого уважаемого человека в комнате.
О причинах смены должности ответила полуправду: «Хассаби Лотеску очень просил, я теперь на полторы ставки». На мою беду одна из секретарей с улыбкой змеи брякнула:
— Разве вас не судили?
В буфетной повисло тягостное молчание. Все взгляды устремились на меня.
С гордо поднятой головой перешла в наступление:
— Мое имя есть в списке осужденных? Потрудитесь проверить, милочка, а не выдавайте желаемое за действительное.
Я не позволю вытирать о себя ноги только потому, что приглянулся Эдгар. Так себе мужчина, как выяснилось, но для пары свиданий сойдет.
