— Слушаю. — Шао побледнел и превратился в одно большое ухо.
— Если вы хотели сделать мне предложение, я отказываюсь.
От услышанного Шао показалось, что он перестал существовать.
— Но я буду рада провести с вами эту неделю, как мы договаривались. — Гонкай терпеливо глядела на Судо, который молчал больше минуты.
— Я тоже буду рад.
— Приступим?
— Да. — Шао улыбнулся. — Прошу вас, я собрал материалы, которые стоит изучить, для того, чтобы понять, в какой среде оказалась провинция после распада династии Айто. Записи на более старом диалекте, чем тот, к которому вы привыкли, но я постараюсь перевести для вас все настолько точно насколько смогу и…
Судо говорил и говорил. Рю глядела на свертки, таблички и пергаменты как на сокровище, решительно кивала и слушала Шао так внимательно, как никто, кроме нее ни до ни после. — «Я счастлив тому, что есть,» — подумал Судо, когда предоставил гонкай переводы на более понятном диалекте, Рю начала задавать вопросы, на которые Шао отвечал, полностью погрузившись в дело, которому его учили с раннего детства. — «Я рад, что знаю и умею хотя бы что-то, что может удержать ее возле меня… пусть даже на такой малый срок».
(Ночь перед отъездом Рю)
Белая сестра вернулась в казармы после последнего занятия с Судо. Они дежурно попрощались, гонкай ушла и даже не подумала о том, чтобы оглянуться, или сказать что-то еще кроме: благодарю за все.
Рю пришла в казармы, когда не обнаружила там Рюгу, по чернильным ступеням забралась на крышу. Красная сестра сидела там уже не первый час. Солнце давно зашло, тут и там в домах через ставни, тряпичные и бумажные окна просачивались полоски света. Доносились голоса и лай. В очередной раз Рюга поймала себя на мысли, что это было очевидно с самого начала: Далай вытравили до четверти. Гонкай просто не хотела этого замечать, хотя ее наставники учили обращать внимание на подобные вещи в первую очередь. А еще до гонкай дошло, что все эти месяцы она и ее товарищи были самой обычной приманкой. Уж как рассуждало командование неясно, но Рюга подумала, что примерно так: раз не справились волки, стоит послать овеч.
— Добрый день, — сказала Рю приземлившись рядом.
— Ночь уже и я тебе не твой важный-бумажный, — сказала Рюга, — здоровайся по нормальному.
— Привет.
— А-ага. Ну что, добила его простым пока?
— Почти.
Рюга рассмеялась.
— Не удивлюсь, если завтра он будет бежать за тобой по сугробам.
— Господин Судо так не поступит.
Рюга замолкла.
— О чем думаешь, спросила Рю.
— О них, ну и о фигне всякой… Пока бродила, хочешь не хочешь, а мысли приходят, — Рюга кинула на расчищенную крышу валик для сестры, который заготовила заранее. — Знаешь, когда нас сюда привезли, я думала, все будет как в Шанте. Поколотили бы пару кривозубых гадов с их главным, и все наладится…
— Мы тогда плохо понимали, что делали.
— Это точно, но было легко.
— Тогда так не казалось.
— Тоже верно… Знаешь, меня не то чтобы совесть мучает, но пока мелкую искала, думала, что мы мало чем отличаемся от тех наемников… да от Лисары с ее выродком тоже и от брата Тощего.
— Не согласна. Мы не делали того, что они.
— Пока да, а что дальше? Что будет, когда нам скажут: эй, там есть город, который и так чахнет, сделайте так, чтобы там вообще все сдохли, да так, чтобы не заметил никто.
— Сомневаюсь, что командование может так поставить задачу. Пилигримы — защитники, а не каратели, я буду стоять на этом.
— Ага, как же. Помнишь, что Фешань сказал?
— О чем ты.
— Холмы занимают территорию ради корней. А что Шочиджи говорил помнишь?
— Да, Холмы вбирают новые регионы, чтобы получить как можно больше одаренных детей.
— И это только две причины, никакие Пилигримы не защитники. Холмы типичная империя, о которых ты так любишь читать.
— Не согласна, Холмы сильно отличаются по устройству. Не выкачивают периферию, а встраивают ее в себя, как равную по правам и возможностям часть.
— А они просили об этом? Каждый хочет отделиться, когда вырастает, тоже Шочиджи сказал.
Сестры притихли.
— Вспомни тех пиратов больных, мы просто кинули их на острове, потому что они были лишними. Все там наверняка сгинули, никто их лечить не стал. Кто их от нас защитит?
— Во многом то, что с ними произошло — следствие их прежних действий. До этого они тоже нарушали закон.
— По-твоему нормально поступили, да? И чей вообще закон? — Рюга уныло поглядела на сестру.
— Мастер Шочиджи говорил, что хоть все айну и разные, создание правил, с которыми смогут ужиться все, это неневыполнимая задача.
— Тебя послушать, так ты знаешь, как такое устроить… Да и сам старик себе часто противоречил. Вспомни хотя бы то, что про убийства говорил.
— Он признавал, что это суждение, скорее всего, ошибочно.
— Та не хочу я говорить о… о частностях. Ты лучше скажи, нахрена мы все это делаем?
— Тебя что-то беспокоит?
— Хо-о-о, да. Думаю, что не окажись мы тут, пацаны бы живы все остались, вот что меня беспокоит.
— Их могли забрать в плен или казнить за воровство. Или они могли умерли от болезни.
— Ага, а случилась бы она, если бы мы не полезли спасать тех пленных?