— Женя? — голос Демида был встревожен. — Женя, ты где? Включи видео, я тебя не вижу!
— Военные спутники глушат сигнал, — Ирби покосился на коробку синтезатора частот, не дающий отследить кристалл его вифона. — Удачно, что ты вообще дозвонился.
— Где ты?
— Рабочая командировка. Сейчас на Тау Пикколе. Что-то случилась?
Эффект был достигнут — на секунду воцарилась мертвая тишина, после чего Демид заорал, срываясь на фальцет:
— Ты, дура, новости не смотришь? Майерс мертв! На Императора покушались! Тут вообще такое творится!
Ирби даже не пришлось играть холодное презрение:
— Хватит голосить, сенатор, — дернув губой, ответил он, разглядывая список Арок. — Я еще не добралась до информационного пакета.
— Ты меня слышишь? — взвизгнул Аладьев. — Майерс мертв!
— Слышу, — Ирби сделал вид, что замешкался. — Постараюсь как можно быстрее вернуться. Здесь сложности с транспортом.
— Да уж постарайся, — едко передразнил молодой политик. — На меня тут всех его собак вешают, будто я преемник. А мне своих дел хватает!
— У администрации есть инструкции на этот случай, — ответил Ирби. — Должны разобраться с делами, в том числе, с корпоративными. Как это случилось? Я имею в виду, что именно произошло с…
И понял, что напрочь забыл имя Майерса. Зашипел про себя, но ситуация спас Демид, который сбивчиво принялся рассказывать о том, как и кто обнаружил тело сенатора, о том, что охранные системы взломаны, что Квинт стоит на ушах и требует крови. Сказал, что госбезопасность проверяет всех и каждого, в том числе и его, что особенно возмутительно. По секрету сообщил, что, главный подозреваемый — мажордом Тэ Инлис, аджайский ублюдок, якобы «случайно» пропавший в день убийства Майерса. Госбезопасность связывает его с террористами-радианами, выполняющими заказ рхейского Куба.
Ирби что-то кольнуло в рассказе Демида, но тут же пришла мысль о том, что пока все идет верно — он сам организовал «исчезновение» несчастного и слишком преданного Майерсу дистанта, сам создал не слишком явную, но все же заметную профессионалу цепочку улик, указывающую на связь Тэ Инлиса с аджайскими радикалами.
— На меня давят со всех сторон, — пожаловался Демид. — Я словно орех под прессом. Старика еще не успели разложить, а его долю уже рвут на части. Но главное, Женя, я чувствую, что они уже под меня копают!
Ирби только усмехнулся — без протектората Майерса Аладьева сожрут в два счета. Слишком много желающих потрепать мягкое тельце заносчивого малька.
— Не переживайте, — Ирби решил завершить начинающий надоедать разговор. — Я скоро прилечу, помогу перехватить активы господина Майерса. Там есть чем дать по носу акулам.
— Конечно, прилетай! — воодушевленно сказал Аладьев. — Но я тут тоже не сидел сложа руки, подстраховался — пользуясь случаем, напросился с Квинтом на Тефию…
И замолк так резко, словно сболтнул лишнего.
— На Тефию? — переспросил Ирби.
На Тефии находилась одна из резиденций Императора. Несколько лет назад терраформированный спутник утащили с орбиты Сатурна, превратив в настоящую планету-крепость.
— Да, — нехотя согласился Демид. — На Тефию. Я смог убедить Си Бон, что тоже под ударом, она разрешила мне лететь с ними. Они все вместе сопровождают Императора, так что охраны там будет более чем…
Ирби не сразу осознал услышанное, потом поперхнулся, спросил с максимальным безразличием:
— Военный совет?
— Какой военный совет? Эвакуация! Императора, который все еще без сознания, и Квинт перевозят в резиденцию повышенной безопасности. Глядишь, и меня спрячут под «Ледяным панцирем».
«Ледяным панцирем» назывались внутренние апартаменты Суратова на Тефии — неприступный подземный бункер.
— Через три дня вылетаем с «Аластора», — информация сыпалась из Демида словно болты из старого робота. — За Венерой нас встречает конвой и сопровождает до Арки.
— Не уверена, что успею до твоего отлета, — произнес Ирби, уже прикидывая как поступить со сведениями.
— А зачем тебе успевать? — искренне удивился Демид. — Ты прилетай да разгребай тут все! Как уляжется — поглядим, может, замолвлю за тебя словечко.
— Так и поступлю, сенатор.
От распирающей язвительности голос Ирби стал слаще патоки, и он с удовольствием прервал связь, словно смахнул назойливое насекомое.
Император и Квинт в одном месте — это очень заманчивое предложение. Настолько заманчивое, что похоже на ловушку.
Но настолько бесхитростное, что вполне может быть правдой. Если Суратов действительно в коме, то члены Квинта в очень непростом положении. Сейчас многие политические силы пытаются оседлать власть, пользуясь хаосом в стране, и многие не постесняются физически убрать с дороги тех, кому еще недавно вынуждены были кланяться.
Ирби помассировал холодными пальцами лоб и виски, закрыл глаза и запрокинул голову, ощущая, как слабая, но пульсирующая боль сползает к затылку.
Должно быть, это момент триумфа. Человеческая Империя превращается в разваливающийся айсберг, «бессмертного» Суратова сожрал Хурсаг, некогда грозные армия и флот размазаны по всей Вселенной, и между ними пропадают Арки.
