— Евсеев, ты живой там?! — крикнул Кондрат.
Окоп остался на месте, хотя бруствер из гравия перед ним как корова языком слизнула. Должно быть, он и послужил снарядом для фугаса. Ответа не последовало. Чертыхнувшись, Кондрат рванул вперед. Рядом тотчас нарисовался Медведев. Вдвоем они подскочили к окопу. Евсеев стоял на коленях, зажимая уши руками, и не шевелился. Медведев запрыгнул в окоп и склонился над алхимиком.
— Оглушило, — сообщил он.
Они с Кондратом вытащили алхимика из окопа и, подхватив под руки, рванули обратно. Всадники уже оправились от потрясения и снова разворачивались для атаки.
— Пали по готовности! — на ходу откомандовал Кондрат.
Тотчас загремели выстрелы. Причем с обеих сторон. Кондрат с Медведевым шустро занесли алхимика в дом, где препоручили заботам Федора. Кстати, не первый раненый оказался. Одного пионера нападавшие уже сумели подстрелить. Кондрат и не заметил, как это случилось.
Всадники не изменяли себе и вновь широкой лавиной мчались прямо на позиции пионеров, стреляя на ходу. Стрелки били залпами, всякий раз немного сокращая число нападающих. Перед передовым окопом часть всадников, помятуя, видать, о недавнем сюрпризе, повернула обратно. Самые храбрые устремились дальше.
— Стрелки, назад! — крикнул Кондрат.
Пионеры с ружьями рванули к крыльцу, но задержались дать еще залп. А передовые всадники уже перемахивали через окоп. Впрочем, площадка перед крыльцом оказалась узковата для того, чтобы конница могла там развернуться. Сзади ее ограничивал окоп, спереди она упиралась в каменную ограду крыльца. Между ними пространство было буквально метров пять, не больше. Всадники сбили с ног тех стрелков, что не успели проскочить на крыльцо, но затем на них самих обрушилась живая волна из-за ограды.
Шанцевый инструмент в умелых руках может быть смертоносным оружием. Кондрат сам видел, как Медведев раскроил череп коню ударом лома. Бедное животное так и рухнуло на ступени. Вместе с седоком. Тот тоже всё видел и, не тратя времени на подъем, на четвереньках рванул прочь, словно ящерица проскользнув под ногами у коней. Затем Кондрату стало не до наблюдений.
Всадник с пикой приметил офицера и тотчас вознамерился заколоть его, да еще и товарища с саблей кликнул себе в помощь. Впрочем, второму всаднику было к офицеру уже не подступиться. Он решил заехать сбоку, однако там ему заехали лопатой по голове и он отъехал в лучший мир еще до того, как его тело рухнуло на крыльцо.
Кондрат тем временем парировал саблей удары пики. Его противник знал, как обращаться со своим оружием, и Кондрату понадобилось всё мастерство графа, чтобы оставаться в живых. Пика так и мелькала над оградой туда-сюда, пытаясь ужалить. Кондрат размахивал саблей, отбивая ее, но сам его противник благодаря большей длине оружия был недосягаем. В какой-то момент Кондрат сообразил тоже отскочить подальше. Всадник, увлеченный атакой, лихо соскочил с коня прямиком на крыльцо через ограду. Еще и попытался ткнуть пикой в прыжке, но от этого удара Кондрат попросту отклонился.
— Да что ж ты такой упоротый-то? — проворчал он.
Всадник — теперь уже спешенный — рявкнул что-то в ответ, и снова ринулся в атаку. Кондрат парировал удар и шагнул в сторону. Теперь-то их не разделяла ограда и можно было более-менее спокойно маневрировать. Насколько, конечно, позволяла ширина крыльца, а она так и подталкивала в ближний бой. Всадник, осознав свою ошибку, затеял было отступать, но тут уж Кондрат насел на него всерьез, то и дело норовя зайти сбоку. Всадник уворачивался, хотя теперь длина оружия стала играть ему в минус. То тупым концом пики он стену заденет, то кого из сражающихся рядом.
Не то чтобы его всерьез беспокоило чье-то недовольство, но ведь это выливалось в потерю времени, а у Кондрата рефлексы были отточены графом до автоматизма. Парирование, ответный выпад — и сабля почти по эфес вошла в живот всадника еще до того как Кондрат-студент подумал, что он же так этого беднягу и убить может.
Убил, к слову сказать. Когда тело завалилось на крыльцо, Кондрат огляделся. Пионеры отбили атаку. Всадники, утратив первоначальный запал, отхлынули от крыльца. Те же, что не поучаствовали в атаке, тоже не загорелись желанием лезть туда, где не преуспели их более храбрые товарищи, и весь отряд поскакал прочь.
— Стрелки остались? — хрипло выдохнул Кондрат; он порядком запыхался в драке. — Заряжай!
Стрелки остались. Вдали всадники вновь развернулись. Мужчина во главе кавалькады взмахнул шапкой и всадники помчались по дороге к мосту. Когда пролетали мимо дома, тот же мужчина вновь взмахнул шапкой, и всадники открыли огонь.
— Пали! — крикнул Кондрат.
Еще трое всадников повалились на дорогу. В том числе и тот, с шапкой. Остальные пролетели через мост и без оглядки умчались прочь. Наступила тишина.
— Вроде отбились, — тихо произнес Медведев.