Внезапно на середине лестницы его нога скользнула в пустоту. Лишь чудом избежав падения, он с грохотом съехал по лестнице. Сидевшие внизу шлюхи удивлённо наблюдали за его спуском. Приземлившись у подножия лестницы, Тирион с усилием поднялся на ноги и отвесил им поклон.
— Я куда как проворнее, когда пьян. Боюсь, что испортил ваш ковёр, — повернулся он к хозяину заведения. — Девушка не виновата. Позвольте мне заплатить за него. — И, вытащив из кармана горсть монет, швырнул её прямо ему в лицо.
— Бес, — произнес за спиной чей-то низкий голос.
В темном углу комнаты сидел мужчина с елозившей у него на коленях шлюхой.
Девушка была моложе других: стройная, красивая, с длинными серебристыми волосами. Скорее всего лиссенийка… но мужчина, на чьих коленях она сидела, был из Семи Королевств. Дюжий и плечистый, лет сорока, а может и старше. Несмотря на большие залысины на лбу, его щёки и подбородок покрывала жёсткая щетина, а на руках густо росли волосы, даже на костяшках пальцев.
Тириону совсем не понравилось, как выглядит этот незнакомец, и ещё меньше — большой чёрный медведь, украшавший его одеяние.
— Приятно в такой дали от дома услышать родной язык, — сделав над собой усилие, поприветствовал незнакомца карлик. — Но боюсь, вы меня с кем-то спутали. Меня зовут Хугор Хилл. Позвольте угостить вас чашей вина, друг мой.
— Я и так уже достаточно пьян. — Рыцарь отпихнул шлюху, поднялся на ноги и, сняв висевший на стене позади него меч, вытащил клинок из ножен…
Сталь скользнула по коже с лёгким шорохом. Пламя свечей отражалось в широко распахнутых глазах шлюх, с жадностью взиравших на эту сцену. Хозяин заведения бесследно испарился.
— Ты мой, Хугор.
Пытаться сбежать было так же безнадёжно, как и драться. Тирион так опьянел, что не смог бы даже заговорить зубы рыцарю. Карлик беспомощно развёл руками.
— И что же ты со мной сделаешь?
— Отвезу тебя к королеве, — ответил рыцарь.
Галазза Галар прибыла в Великую Пирамиду в сопровождении дюжины Белых Милостей — благородных девушек, слишком юных, чтобы провести положенный год служения в садах удовольствий при храме. Вместе они представляли собой прекрасную картину — гордая старица в зелёном в окружении одетых в белые мантии и вуали маленьких девочек, воплощавших саму невинность.
Королева тепло поприветствовала гостей и поручила Миссандее проследить, чтобы девочек накормили и развлекли, пока они с Зелёной Милостью ужинают наедине.
Повар приготовил им роскошную трапезу — ягнёнка в меду, благоухающего растёртой мятой и поданного с её любимым лакомством — мелкими зелёными фигами. Двое из лучших её «воспитанников» подносили еду и наполняли чаши. Это были брат с сестрой — волоокая Квезза и тощий мальчик по имени Гразхар, приходившиеся родственниками Зелёной Милости. Та приветствовала их поцелуями и спросила, хорошо ли они справлялись со своими обязанностями.
— Они оба очень милы, — заверила жрицу Дени. — Квезза иногда поёт для меня. У неё красивый голос. А сир Барристан обучает Гразхара и других мальчиков традициям западного рыцарства.
— Они мои кровные родственники, — сказала Зелёная Милость, пока Квезза наполняла её чашу тёмно-красным вином. — Отрадно слышать, что они угодили вашей лучезарности. Надеюсь, и я смогу быть полезной.
У старой женщины были седые волосы и пергаментно-тонкая кожа, но годы не затуманили её зелёных, в тон облачению, печальных и полных мудрости глаз.
— Да простит меня ваша лучезарность, вы выглядите… утомленной. Вы хорошо высыпаетесь?
Дени едва не рассмеялась:
— Не очень. Вчера под покровом ночи три галеры из Кварта поднялись вверх по Скахазадхану. Дети Матери обстреляли их паруса горящими стрелами и забросали палубы горшками со смолой, но кораблям удалось ускользнуть, почти неповрежденными. Квартийцы намерены перекрыть реку так же, как перекрыли бухту. И теперь они не одни. К ним присоединились три галеры из Нового Гиса и каррака из Толоса.
В ответ на предложенный ею союз толосийцы объявили её шлюхой и потребовали вернуть Миэрин под власть великих господ. Но это было лучше, чем ответ от Мантариса, доставленный в кедровом сундуке караванным путем. Внутри она обнаружила головы трёх своих посланников, пересыпанные солью.
— Возможно, нам помогут ваши боги. Попросите их наслать бурю и прогнать корабли из бухты.
— Я помолюсь и принесу жертву. Может, боги Гиса меня и услышат. — Галазза Галар отхлебнула вина, не отрывая взгляда от Дени. — Внутри стен штормы бушуют не меньше, чем снаружи. Минувшей ночью погибло ещё несколько вольноотпущенников, по крайней мере, мне так сказали.
