Пир с драконами полностью

И она уехала. С начала к Десяти Башням, попрощаться с матерью.

— Может пройти много времени, прежде чем я приду снова, — предупредила Аша.

Леди Аланнис не поняла.

— Где Теон? — спросила она. — Где мой малыш?

Леди Гвинесса только хотела знать, когда вернется лорд Родрик.

— Я на семь лет его старше. Десять Башен должны быть моими.

Аша ещё была в Десяти Башнях, загружая провизию, когда до неё дошла весть о её замужестве.

— Моей своенравной племяннице нужна твердая рука, — поговаривали, что так, по слухам, сказал Вороний Глаз, — и я знаю того, кто cможет её приручить.

Он выдал её замуж за Эрика Айронмейкера и на время своей охоты за драконами назначил Сокрушителя Наковален правителем Железных Островов. В своё время Эрик был великим человеком, бесстрашным жнецом, который мог похвастать тем, что плавал с дедом её деда, с тем самым Дагоном Грейджоем, в чью честь назвали Дагона Пьяницу. Старухи на Ярмарочном Острове всё ещё пугали своих внуков рассказами о лорде Дагоне и его людях. «Я задела гордость Эрика на Вече, — размышляла Аша. — Вряд ли он это забудет».

Она должна была отдать своему дядюшке должное. Одним ударом он превратил соперника в союзника, защитил острова в своё отсутствие и убрал Ашу с дороги. «И ещё хорошенько посмеялся». Трис Ботли сказал, что её место на свадьбе занял тюлень.

— Надеюсь, Эрик не настаивал на исполнении супружеского долга, — сказала она.

«Я не могу вернуться домой, — подумала она, — но и не смею дальше оставаться здесь». Тишина леса угнетала её. Аша провела свою жизнь на островах и кораблях. Море никогда не молчало. Звук волн, омывающих скалистый берег, был у неё в крови, но в Темнолесье волн не было… Только деревья, бесконечные деревья, гвардейские сосны и страж-деревья, буки, ясени и древние дубы, каштаны, железные деревья и ели. Звук, который они издавали, был мягче, чем у моря, и она слышала его только, когда дул ветер; потом ей начинало казаться, что вздохи доносятся отовсюду, будто бы деревья перешептывались на языке, которого она не могла понять.

Сегодня шепот казался громче обычного. «Прилив из мертвых коричневых листьев, — говорила себе Аша, — голые ветви скрипят на ветру». — Она отвернулась от окна и от этого леса. — «Мне снова нужна палуба под ногами. Или, по крайней мере, еда в животе». Она выпила слишком много вина сегодня, но съела слишком мало хлеба и совсем не попробовала проклятого жаркого.

Лунный свет был достаточно ярким, чтобы она смогла найти свою одежду. Она натянула толстые чёрные штаны, стёганную тунику и зелёную кожаную безрукавку, покрытую стальными пластинами. Оставив Кварла с его снами, она тихо спустилась по внешней лестнице, ступени которой поскрипывали под её босыми ногами. Один из часовых увидел, как она спускается, и махнул ей копьем. Она свистнула ему в ответ. Когда она пересекала внутренний двор в направлении кухни, собаки Галбарта Гловера начали лаять. «Хорошо, — подумала она, — это заглушит звук деревьев».

Она отрезала полоску жёлтого сыра от кругляка размером с колесо телеги, когда в кухню вошел Трис Ботли, закутанный в толстый меховой плащ.

— Моя королева.

— Не смейся надо мной.

— Ты всегда будешь править моим сердцем. Никакая куча дураков, кричащих на Вече, не может этого изменить.

«Ну что мне делать с этим мальчишкой?» Аша не сомневалась в его преданности. Он не только был её защитником на холме Нагги, выкрикивая её имя, но и пересёк море, чтобы присоединиться к ней потом, бросив своего короля, родню и дом. «Но он не посмел открыто выступить против Эурона». Когда Вороний Глаз отплыл со своим флотом, Трис просто отстал, сменив курс только тогда, когда другие корабли скрылись из виду. Хотя даже это требовало определённой храбрости; он никогда не сможет вернуться на острова.

— Сыру? — спросила она его, — Там ещё есть окорок и горчица.

— Мне нужна не еда, миледи. Вам это известно, — в Темнолесье Трис отпустил себе густую коричневую бороду. Он утверждал, что это помогает согревать лицо.

— Я видел тебя из сторожевой башни.

— Если ты должен стоять на страже, то что делаешь здесь?

— Там Кромм и Хаген Рог. Сколько нам нужно глаз, чтобы смотреть, как шелестят листья в лунном свете? Нам нужно поговорить.

— Опять? — она вздохнула, — Ты знаешь дочь Хагена — ту, с рыжими волосами. Она управляет кораблём не хуже всякого мужчины, и у неё хорошенькое личико. Ей семнадцать, и я видела, как она на тебя заглядывается.

— Мне не нужна дочь Хагена. — он почти коснулся её, но затем передумал. — Аша, время уходить. Ров Кейлин был единственным, что сдерживало волну. Если мы останемся здесь, северяне нас всех перебьют, ты это знаешь.

— Хочешь, чтобы я бежала?

— Я хочу, чтобы ты жила. Я люблю тебя.